об отказе в принятии к рассмотрению жалоб граждан Борисова Андрея Константиновича и Гладкова Владимира Михайловича на нарушение их конституционных прав частью второй статьи 49 и…

прокурору», 244 «Равенство прав сторон» и 248 «Участие защитника» УПК Российской Федерации.#

15 декабря 2015 года судья районного суда направил начальнику следственного изолятора письмо, содержащее просьбу ограничить доступ В.М.Гладкова, ранее допущенного наряду с адвокатом к участию в уголовном деле в отношении А.К.Борисова в качестве его защитника, в следственный изолятор для общения с ним, поскольку, согласно тексту письма, полномочия В.М.Гладкова – по смыслу части второй статьи 49 УПК Российской Федерации – прекратились вследствие возвращения уголовного дела прокурору в порядке статьи 237 данного Кодекса, т.е. на досудебную стадию, а после нового поступления дела в суд первой инстанции вопрос о допуске к участию в деле не разрешался. С приведенными доводами согласились председатели как районного, так и областного судов.#

Постановлением рассматривающего указанное уголовное дело районного суда от 18 января 2016 года в удовлетворении вновь заявленного подсудимым ходатайства о допуске В.М.Гладкова в качестве защитника было отказано. Впоследствии же В.М.Гладков был привлечен к административной ответственности по статье 17.3 «Неисполнение распоряжения судьи или судебного пристава по обеспечению установленного порядка деятельности судов» КоАП Российской Федерации за попытку войти в зал судебного разбирательства наряду с адвокатами, сопровождавшуюся нарушением правил поведения в суде и неподчинением требованиям судебного пристава (постановление мирового судьи от 16 февраля 2016 года).#

По утверждению заявителей, оспариваемые законоположения по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют суду после повторного поступления уголовного дела от прокурора, которому оно возвращалось для устранения препятствий к его рассмотрению, произвольно и без вынесения соответствующего судебного решения прекращать полномочия лица в качестве защитника, участвующего в производстве по уголовному делу наряду с адвокатом, а также отдавать судебным приставам устные распоряжения#

о запрете допуска такого лица в зал судебного заседания и тем самым нарушают его право на труд и право подсудимого на получение юридической помощи.#

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал, что закрепленное в статье 48 Конституции Российской Федерации право не означает возможность подозреваемого или обвиняемого выбирать в качестве защитника любое лицо по своему усмотрению и не предполагает участие в уголовном процессе любого лица в качестве защитника; гарантируя каждому, в том числе подозреваемому и обвиняемому, право на получение именно квалифицированной юридической помощи, государство может устанавливать с этой целью определенные профессиональные и иные квалификационные требования к лицам, уполномоченным на оказание такой помощи; участие в качестве защитника в ходе предварительного расследования уголовного дела любого лица по выбору подозреваемого или обвиняемого может привести к тому, что защитником окажется лицо, не обладающее необходимыми профессиональными навыками, а это несовместимо с задачами правосудия и обязанностью государства гарантировать каждому квалифицированную юридическую помощь (Постановление от 28 января 1997 года № 2-П; определения от 20 ноября 2008 года № 858-О-О, от 24 декабря 2013 года № 1931-#

О, от 24 марта 2015 года № 589-О, от 16 июля 2015 года № 1551-О и др.). Таким образом, по смыслу части второй статьи 49 УПК Российской Федерации, а также правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2015 года № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве»), защиту в досудебном производстве по уголовному делу вправе осуществлять только адвокат.#

Вместе с тем применительно к судебной стадии уголовного процесса одним из способов защиты от предъявленного обвинения, который не только не запрещен, но и прямо закреплен частью второй статьи 49 УПК Российской Федерации, является приглашение для участия в судебном заседании по ходатайству обвиняемого в качестве защитника наряду с адвокатом одного из его близких родственников или иного лица, которое допускается к такому участию по определению или постановлению суда; при производстве у мирового судьи указанное лицо допускается и вместо адвоката. Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, отказ суда в предоставлении обвиняемому возможности воспользоваться этим способом и тем самым ограничение гарантируемого статьей 45 (часть 2) Конституции Российской Федерации права могут иметь место лишь при наличии существенных к тому оснований; часть вторая статьи 49 УПК Российской Федерации не предполагает право суда произвольно – без учета иных положений данного Кодекса, обстоятельств конкретного дела и особенностей личности приглашаемого в качестве защитника – отклонять соответствующее ходатайство обвиняемого (определения от 22 апреля 2005 года № 208-О, от 11 июля 2006 года № 268-О, от 15 ноября 2007 года № 928-О-О, от 18 декабря 2007 года № 917-О-О, от 19 февраля 2009 года № 152-О-О, от 22 апреля 2010 года № 486-О-О, от 21 апреля 2011 года № 577-О-О, от 29 сентября 2011 года № 1193-О-О, от 28 мая 2013 года № 696-О, от 20 февраля 2014 года № 227-О, от 23 декабря 2014 года № 2812-О, от 21 мая 2015 года № 1098-О, от 27 октября 2015 года № 2319-О и др.).#

Такой же позиции придерживается и Верховный Суд Российской Федерации, разъяснивший судам, что при разрешении ходатайства о допуске одного из близких родственников или иного лица в качестве защитника следует не только проверять отсутствие обстоятельств, указанных в статье 72 УПК Российской Федерации и исключающих участие в производстве по уголовному делу, но и иметь в виду характер, особенности обвинения, а также согласие и возможность данного лица осуществлять в установленном законом порядке защиту прав и интересов обвиняемого и оказывать ему юридическую помощь при производстве по делу; решение об отказе в удовлетворении ходатайства должно быть мотивированным (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2015 года № 29).#

Соответственно, поскольку именно суд своим определением или постановлением разрешает вопрос о возможности участия в судебном заседании в качестве защитника наряду с адвокатом одного из близких родственников обвиняемого или иного лица, постольку суд – исходя из конституционного требования о реализации права защищать свои права и свободы способами, не запрещенными законом, и не нарушая права и свободы других лиц – вправе не допустить к участию в деле лицо, о допуске которого в качестве защитника ходатайствует обвиняемый, если поведение такого лица, в частности нарушение им порядка в судебном заседании либо неподчинение распоряжениям председательствующего или судебного пристава, свидетельствует о злоупотреблении правом с его стороны, о неуважении к суду, препятствует надлежащему отправлению правосудия и осуществлению иными участниками процесса своих прав и обязанностей, о чем суд выносит определение или постановление в том же порядке, что и о допуске к участию в деле.#

обязанности до тех пор, пока судом не будет принят отказ обвиняемого от данного защитника или суд не примет решение о его отводе (отстранении от участия в деле) (определения от 24 июня 2008 года № 453-О-О, от 25 декабря 2008 года № 871-О-О, от 28 мая 2009 года № 803-О-О, от 13 октября 2009 года № 1107-О-О, от 25 сентября 2014 года № 1916-О и др.). Лицо, не являющееся адвокатом и допущенное к участию в суде первой инстанции в качестве защитника, вправе обжаловать судебное решение в апелляционном порядке и принять участие в заседании суда апелляционной инстанции; если же такое лицо не принимало участия в суде первой инстанции, то в суде апелляционной инстанции оно по определению или постановлению суда может быть допущено в качестве защитника лишь наряду с адвокатом (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 ноября 2012 года № 26 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции»).#

С учетом приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации это означает, что статус защитника не требует дополнительного подтверждения судом в последующих судебных стадиях производства по уголовному делу только тогда, когда указанное лицо принимало участие в качестве защитника в суде первой (предыдущей) инстанции.#

Однако при возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом согласно частям первой и первой2 статьи 237 УПК Российской Федерации неустранимость в судебном производстве процессуальных нарушений, имевших место на стадии предварительного расследования, предполагает проведение необходимых следственных и иных процессуальных действий в процедурах досудебного производства по уголовному делу, а потому – по смыслу взаимосвязанных положений статей 49 и 237 данного Кодекса и сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации правовых позиций, а также принимая во внимание, что конституционные принципы правосудия требуют#

неукоснительного следования процедуре уголовного судопроизводства, гарантирующей соблюдение процессуальных прав его участников, и что однородные по своей юридической природе отношения должны регулироваться схожим образом, – защиту обвиняемого на данном этапе уголовного процесса вправе осуществлять лишь адвокат.#

Иное приводило бы к тому, что в случае возвращения уголовного дела прокурору мировым судьей, к производству у которого в качестве защитника лицо допущено вместо адвоката, нарушались бы общие требования к квалификации защитника на досудебной стадии производства по уголовному делу, происходила бы подмена отвечающего данным требованиям адвоката, чьи обязательства перед доверителем и ответственность за их неисполнение или ненадлежащее исполнение закреплены законодательно, непрофессиональным защитником, а значит, снижались бы гарантии обеспечения права обвиняемого на получение именно квалифицированной юридической помощи по сравнению с обвиняемыми, прибегнувшими к помощи адвоката. Участие же в деле, возвращенном прокурору, защитника, допущенного к участию в судебном заседании наряду с адвокатом, также способно повлечь нарушения принципа равенства, снижение указанных гарантий – ввиду неопределенности правового статуса такого лица, степени его самостоятельности как защитника на досудебной стадии судопроизводства.#

Приведение процедуры предварительного расследования в соответствие с требованиями уголовно-процессуального закона, создание предпосылок для правильного применения норм уголовного закона дают возможность после устранения выявленных процессуальных нарушений вновь направить дело в суд для рассмотрения по существу. При этом уголовное дело поступает в суд первой инстанции для нового судебного разбирательства, что предполагает прохождение всех его необходимых стадий, а также исследование конкретных обстоятельств дела, которые могли претерпеть изменения, в том числе характера и особенностей обвинения, подсудности дела и пр. Принимая уголовное дело к своему производству, суд#

в силу части первой статьи 11 УПК Российской Федерации обязан разъяснить подсудимому его право на приглашение выбранного им защитника, а разрешая вопрос о наличии или отсутствии обстоятельств, препятствующих участию в деле приглашенного в качестве защитника лица, суд не может не учитывать прежнее судебное решение, которым это лицо было допущено к участию в судебном заседании. Сама же процедура разрешения судом вопроса о допуске к участию в деле в качестве защитника близкого родственника обвиняемого или иного лица направлена на защиту прав и законных интересов обвиняемого и не может расцениваться в качестве нарушения или ограничения его права на защиту, притом что решение суда об отказе в допуске в качестве защитника должно быть мотивированным и может быть обжаловано заинтересованными лицами в вышестоящий суд (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 14 октября 2004 года № 333-О, от 24 сентября 2012 года № 1796-О, от 25 сентября 2014 года № 1916-О и др.).#

Соответственно, часть вторая статьи 49 УПК Российской Федерации права заявителей в их конкретном деле и в обозначенном ими аспекте не нарушает.#

Статья же 248 УПК Российской Федерации, определяющая права защитника в судебном заседании и последствия его неявки либо замены, направлена на обеспечение права обвиняемого на защиту и тем самым также не может расцениваться в качестве нарушающей конституционные права заявителей.#

При этом положения Конституции Российской Федерации, гарантирующие каждому право свободно распоряжаться своими способностями, выбирать род деятельности и профессию, в том числе заниматься не запрещенной законом экономической деятельностью, не исключают того, что законодателем могут устанавливаться особые условия, при которых допускаются занятия той или иной деятельностью, в особенности если эта деятельность сопряжена с обеспечением (в том числе в сфере уголовного судопроизводства) конституционных прав и свобод других граждан. Установление таких условий применительно к осуществляемой в рамках уголовного судопроизводства деятельности по защите прав и законных интересов подозреваемых и обвиняемых обусловливается особым правовым статусом этих участников уголовного судопроизводства, а также значимостью тех последствий, которые могут для них наступить как в ходе производства по уголовному делу, так и по его завершении. Данные условия могут касаться как порядка вступления в уголовное дело тех или иных лиц, призванных осуществлять функцию защиты, так и квалификационной характеристики таких лиц. Недопущение определенного лица к участию в деле в качестве защитника ввиду его несоответствия предусмотренным требованиям не является нарушением прав, гарантируемых статьями 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2004 года № 271-О, от 15 ноября 2007 года № 926-О-О и № 928-О-О, от 20 июня 2006 года № 242-О).#

Таким образом, жалобы А.К.Борисова и В.М.Гладкова, как не отвечающие критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской#

Федерации», не могут быть приняты Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

№ 708-О#