Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» и пунктом 4 статьи 11 Федерального закона «О внесении изменений в Земельный кодекс Российской…

Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, были удовлетворены исковые требования органа местного самоуправления о признании незаконными результатов межевания выделенного О.Ю.Белаловой земельного участка, о снятии его с кадастрового учета и признании отсутствующим права собственности гражданина Ш. на этот участок; в удовлетворении встречных требований О.Ю.Белаловой, связанных в том числе с признанием правомерности результатов межевания, было отказано. Как указали суды, спорный земельный участок был выделен за пределами земельного массива, находящегося в долевой собственности граждан.#❝

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации О.Ю.Белалова оспаривает конституционность следующих законоположений:#❝

пункта 4 статьи 11 Федерального закона от 23 июня 2014 года № 171- ФЗ «О внесении изменений в Земельный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в жалобе ошибочно указаны пункты 1 и 2 статьи 33), согласно которому Федеральный закон от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» был дополнен статьей 33;#❝

пунктов 1 и 2 статьи 33 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», определяющих государственные и муниципальные органы, осуществляющие распоряжение земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, а также предусматривающих, что распоряжение не требует предварительной государственной регистрации права государственной собственности, притом что после разграничения государственной собственности распоряжение земельными участками должно осуществляться, по общему правилу, с предварительной государственной регистрацией соответствующего права – федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации или муниципальной собственности.#❝

По мнению заявительницы, оспариваемые законоположения в силу своей неопределенности не соответствуют Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 2, 8 (часть 2), 17 (часть 2), 35 (части 1–3), 36, 46 и 55 (часть 3), поскольку не позволяют определить, в отношении какой категории земельных участков они подлежат применению, ограничивают права участников долевой собственности, связанные с распоряжением принадлежащими им долями, препятствуют предпринимательству в сельскохозяйственной сфере и лишают граждан возможности ведения эффективного сельскохозяйственного производства.#❝

Оспариваемые заявительницей законоположения, вводящие порядок распоряжения земельными участками, находящимися в публичной собственности, который учитывает как полномочия публично-правовых образований, федеральных органов исполнительной власти, так и значение государственной регистрации прав на недвижимое имущество, сами по себе не содержат какой-либо неопределенности и не нарушают конституционные права заявительницы, в деле которой суды пришли к выводу, что спорный земельный участок был неправомерно образован и включен в гражданский оборот, поскольку расположен за пределами границ земельного участка, находящегося в общей долевой собственности, а потому не мог быть выделен заявительницей из состава этого участка.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 802-О#❝