Статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»

неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1–3 статьи 531 ГК Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.#❝

Как следует из представленных материалов, решением арбитражного суда, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, Д.Ю.Дудукин (бывший директор общества) и гражданка Д. (его учредитель и единственный участник) привлечены к субсидиарной ответственности по подтвержденным решением арбитражного суда по другому делу долгам общества перед индивидуальным предпринимателем – гражданином Б. Суды, установив наличие элементов состава гражданского правонарушения, отвергли доводы заявителя, ссылавшегося на неприменимость оспариваемого законоположения в его деле, поскольку задолженность общества перед индивидуальным предпринимателем возникла до вступления данной нормы в силу. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации заявителю отказано в передаче его кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда.#❝

По мнению Д.Ю.Дудукина, пункт 31 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» противоречит Конституции Российской Федерации, в частности ее статье 54, а также статье 4 ГК Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, позволяет привлекать контролирующее общество лицо к субсидиарной ответственности за действия, совершенные до вступления в силу соответствующего положения закона.#❝

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 мая 2021 года № 20-П, неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу и дестабилизации оборота.#❝

В том же Постановлении указано, что предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения; при этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации). При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданскоправовой ответственности – для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя. Соответственно, привлечение к ответственности возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).#❝

При этом, как следует из представленных материалов, удовлетворяя требования индивидуального предпринимателя о привлечении Д.Ю.Дудукина и Д. к субсидиарной ответственности по долгам общества, исключенного из ЕГРЮЛ, суды исходили из того, что совершение ответчиками действий, повлекших невозможность исполнения обязательств перед истцом со стороны общества, а также его исключение из реестра в административном порядке имели место после вступления в действие оспариваемой нормы.#❝

Таким образом, пункт 31 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не может расцениваться как нарушающий конституционные права заявителя в указанном в жалобе аспекте.#❝

Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, а равно проверка соответствия норм одного федерального закона положениям другого федерального закона не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1316-О#❝