Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Магденко Александра Михайловича на нарушение его конституционных прав частями первой и второй статьи 1, частями первой и вт…

судопроизводства», частей первой и второй статьи 7 «Законность при производстве по уголовному делу» УПК Российской Федерации.#❝

Как утверждает заявитель, его уголовное дело было возбуждено 20 марта 2001 года помощником прокурора, который в соответствии с действовавшей на тот момент редакцией Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-I «О прокуратуре Российской Федерации» – специального закона, принятого после введения в действие УПК РСФСР, – не был наделен таким полномочием. Однако доводы А.М.Магденко о незаконности вынесенных по уголовному делу решений в этой части судами кассационной и надзорной инстанций были отклонены, уголовное дело по реабилитирующему основанию прекращено не было и его право на реабилитацию не признано.#❝

По мнению заявителя, оспариваемые законоположения противоречат статьям 1, 4 (часть 2), 15 (часть 1), 18, 53, 76 (части 1, 2, 3 и 5), 118 (часть 3), 120 (часть 1) и 129 (часть 5) Конституции Российской Федерации, поскольку как по своему буквальному смыслу, так и по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, а также с учетом их места в системе иных норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации допускают возможность преодоления в уголовном судопроизводстве приоритета юридической силы федерального конституционного закона о судебной системе и специального федерального закона о прокуратуре над этим Кодексом, не содержащим тех процессуальных гарантий прав и свобод граждан и иных предписаний, которые ранее были установлены в указанных законах.#❝

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, федеральный законодатель, кодифицируя нормы, регулирующие производство по уголовным делам, вправе установить приоритет Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации перед иными#❝

федеральными законами в регламентации уголовно-процессуальных отношений; в случае коллизии законов закрепленный положениями статьи 7 этого Кодекса его приоритет действует при условии, что речь идет о правовом регулировании именно уголовно-процессуальных отношений, поскольку уголовное судопроизводство представляет собой самостоятельную сферу правового регулирования, юридической формой уголовнопроцессуальных отношений является уголовно-процессуальное законодательство как отдельная отрасль в системе законодательства Российской Федерации, а установление новых норм, регламентирующих уголовно-процессуальные отношения, по общему правилу, – согласно самой сути и природе уголовно-процессуального закона – должно быть согласовано с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.#❝

Конституционный Суд Российской Федерации также подчеркнул, что приоритет Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации перед другими федеральными законами не является безусловным, поскольку он может быть ограничен как установленной Конституцией Российской Федерации (статья 76, часть 3) иерархией федеральных конституционных законов и обычных федеральных законов (к числу последних относится и этот Кодекс), так и правилами о том, что в случае коллизии между различными законами равной юридической силы приоритетными признаются последующий закон и закон, который специально предназначен для регулирования соответствующих отношений. О безусловном приоритете его норм не может идти речь и в случаях, когда в других – кроме этого Кодекса, закрепляющего общие правила уголовного судопроизводства, – законодательных актах устанавливаются те или иные дополнительные гарантии прав и свобод (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 29 июня 2004 года № 13-П, определения от 8 ноября 2005 года № 439-О и от 2 марта 2006 года № 54-О).#❝

Таким образом, статья 7 УПК Российской Федерации, как не исключающая по своему конституционно-правовому смыслу применение в ходе производства по уголовному делу норм иных – помимо этого Кодекса –#❝

законов, в том числе если данными нормами закрепляются дополнительные гарантии прав и свобод участников соответствующих процессуальных действий, не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявителя. Не нарушают права А.М.Магденко и части первая и вторая статьи 1 УПК Российской Федерации, определяющие предмет его регулирования и обязывающие суды, органы прокуратуры, органы предварительного следствия и органы дознания, а также иных участников уголовного судопроизводства подчиняться установленному этим Кодексом порядку уголовного судопроизводства.#❝

Определение же того, какой именно нормативный правовой акт – Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации или иной закон – подлежит применению в конкретном уголовном деле при совершении процессуального действия или принятии процессуального решения, относится к компетенции судов общей юрисдикции, других органов и должностных лиц, осуществляющих производство по данному делу, и не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, как они закреплены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

№ 946-О#❝