Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мелихова Владимира Петровича на нарушение его конституционных прав рядом норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Ф…

уголовного дела», пункта 2 части первой и части второй статьи 27 «Основания прекращения уголовного преследования», частей первой и третьей статьи 281 «Прекращение уголовного преследования по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности», частей третьей и четвертой статьи 125 «Судебный порядок рассмотрения жалоб» и части первой статьи 212 «Основания прекращения уголовного дела и уголовного преследования» УПК Российской Федерации.#❝

По мнению заявителя, оспариваемые нормы не соответствуют статьям 2, 15 (части 1, 2 и 4), 16, 17 (части 1 и 2), 18, 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 23 (часть 1), 45, 46 (части 1 и 2), 49, 55 (части 2 и 3), 120 (часть 1) и 125 (часть 5) Конституции Российской Федерации, поскольку допускают прекращение уголовного дела и уголовного преследования без согласия обвиняемого в случае, когда преступность и наказуемость деяния были устранены новым уголовным законом, и не обеспечивают обвиняемому право при обжаловании в суде постановления о прекращении уголовного дела обосновывать свою позицию ссылками на незаконность и необоснованность осуществлявшегося уголовного преследования, а часть первая статьи 1 УПК Российской Федерации, кроме того, не возлагает на дознавателя, следователя, прокурора и суд обязанность соблюдать Конституцию Российской Федерации и выполнять решения Конституционного Суда Российской Федерации.#❝

Согласно пункту 3 части первой статьи 43 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению в случае, если по предмету обращения Конституционным Судом Российской Федерации ранее было вынесено постановление, сохраняющее свою силу.#❝

Вопрос, поставленный В.П.Мелиховым, разрешен Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 19 ноября 2013 года № 24-#❝

П, в котором Конституционный Суд Российской Федерации признал взаимосвязанные положения части первой статьи 10 УК Российской Федерации, части второй статьи 24, части второй статьи 27, части четвертой статьи 133 и статьи 212 УПК Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (часть 1), 46 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в той мере, в какой они лишают лицо, уголовное преследование которого прекращено на досудебной стадии уголовного судопроизводства вследствие принятия нового уголовного закона, устраняющего преступность и наказуемость инкриминируемого ему деяния, возможности обжалования в судебном порядке законности и обоснованности вынесенных в ходе осуществления уголовного преследования этого лица актов органов дознания и предварительного следствия, в том числе фиксирующих выдвинутые подозрение, обвинение в инкриминируемом ему деянии, применение мер процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу, а в случае установления их незаконности и необоснованности – возможности признания за ним права на реабилитацию.#❝

При этом, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, федеральному законодателю надлежит внести в действующее правовое регулирование изменения, вытекающие из данного Постановления, руководствуясь требованиями Конституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации; впредь до внесения в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации надлежащих изменений суд, рассматривая жалобу лица на постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в связи с принятием нового уголовного закона, устраняющего преступность и наказуемость инкриминируемого ему деяния, обязан в процедуре судебного разбирательства – с учетом стадии уголовного судопроизводства – проверить по существу изложенные в жалобе доводы и оценить законность и обоснованность актов органов дознания и предварительного следствия, вынесенных в ходе осуществления уголовного преследования этого лица, в том числе фиксирующих выдвинутые подозрение, обвинение в#❝

инкриминируемом ему деянии, применение к нему мер процессуального принуждения, и, соответственно, решить вопрос о наличии оснований для применения процедуры реабилитации, которыми во всяком случае должны являться незаконность возбуждения уголовного дела, незаконность выдвижения подозрения, обвинения, незаконность обвинительного заключения (обвинительного акта, обвинительного постановления), а также незаконность применения мер процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (часть третья статьи 133 УПК Российской Федерации).#❝

Из представленных В.П.Мелиховым материалов не следует, что требуется подтверждение неконституционности норм, ранее признанных неконституционными сохраняющим свою силу Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 19 ноября 2013 года № 24-П, в соответствии со статьей 471 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Следовательно, жалоба заявителя, поступившая в Конституционный Суд Российской Федерации после проведения слушания по делу о проверке конституционности положений части первой статьи 10 УК Российской Федерации, части второй статьи 24, части второй статьи 27, части четвертой статьи 133 и статьи 212 УПК Российской Федерации, в этой части не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.#❝

Оспаривая же конституционность части первой статьи 1 УПК Российской Федерации, заявитель мотивирует свою позицию, излагая фактические обстоятельства своего дела и указывая на неправильное, по его мнению, содержание вынесенных по делу процессуальных решений, и тем самым, по существу, предлагает Конституционному Суду Российской Федерации оценить законность и обоснованность правоприменительных решений, что к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 2 и 3 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

№ 2033-О#❝