об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Тимошенко Дмитрия Александровича на нарушение его конституционных прав статьей 392, абзацем вторым части первой статьи 446…

Д.А.Тимошенко обратился в суд с заявлением о пересмотре указанного решения по новым обстоятельствам, в качестве которых он указывал#

решения Конституционного Суда Российской Федерации, содержавшие, по его мнению, конституционно-правовое истолкование норм законов, примененных судами в его конкретном деле. Определением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, в удовлетворении данного заявления было отказано.#

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации Д.А.Тимошенко оспаривает конституционность абзаца второго части первой статьи 446 ГПК Российской Федерации и статьи 78 Федерального закона от 16 июля 1998 года № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», в соответствии с которыми если жилое помещение – единственное пригодное для постоянного проживания помещение для гражданина-должника и членов его семьи – является предметом договора об ипотеке, то на него может быть обращено взыскание, которое влечет прекращение права пользования заложенным жилым помещением залогодателя и лиц, проживающих в жилом помещении. По мнению заявителя, указанные законоположения не соответствуют статьям 2, 15 (часть 1), 17–19, 21 (часть 1), 40 (часть 1) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку позволили суду обратить взыскание на заложенную квартиру, являющуюся единственной пригодной для постоянного проживания заявителя и членов его семьи, которая была им предоставлена в качестве обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору, заключенному не с целью приобретения, строительства или реконструкции жилого помещения.#

Кроме того, Д.А.Тимошенко утверждает, что оспариваемые законоположения, а также статья 392 ГПК Российской Федерации, устанавливающая основания для пересмотра судебных постановлений, вступивших в законную силу (по вновь открывшимся или новым обстоятельствам), вопреки требованиям статей 10, 15 (часть 1), 118 (часть 2) и 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации, применяются судами в смысле, противоречащем их конституционно-правовому смыслу, выявленному в решениях Конституционного Суда Российской Федерации.#

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, исполнение судебного решения, в том числе вынесенного в пользу кредитора в случае нарушения должником гражданско-правового обязательства, по смыслу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, следует рассматривать как элемент судебной защиты; соответственно, защита нарушенных прав не может быть признана действенной, если судебный акт или акт иного уполномоченного органа своевременно не исполняется, что обязывает федерального законодателя при выборе в пределах своей конституционной дискреции того или иного механизма исполнительного производства осуществлять непротиворечивое регулирование отношений в этой сфере, создавать для них стабильную правовую основу и не ставить под сомнение конституционный принцип исполнимости судебного решения (постановления от 30 июля 2001 года № 13-П, от 15 января 2002 года № 1-П, от 14 мая 2003 года № 8-П, от 14 июля 2005 года № 8-П, от 26 февраля 2010 года № 4-П и от 14 мая 2012 года № 11- П).#

Таким образом, законодательная регламентация обращения взыскания по исполнительным документам должна осуществляться на стабильной правовой основе сбалансированного регулирования прав и законных интересов всех участников исполнительного производства с законодательным установлением пределов возможного взыскания, не затрагивающих основное содержание прав должника и одновременно отвечающих интересам защиты прав кредитора (охватывающих его право требования), с целью предотвращения либо уменьшения размера негативных последствий неисполнения обязательства должником (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2007 года № 10- П).#

Оспариваемые в жалобе законоположения, предоставляющие залогодержателю право обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества названных в статьях 3 и 4 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное, направлены на обеспечение баланса прав и законных интересов взыскателей и должников и в качестве таковых служат реализации предписаний статей 17 (часть 3), 35, 46 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 декабря 2010 года № 1589-О-О и от 20 октября 2011 года № 1445-О-О).#

Вместе с тем, стремясь сохранить должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования и жизнедеятельности, федеральный законодатель в пункте 3 статьи 54 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» предусмотрел, что в случаях, когда залогодателем является гражданин, независимо от того, какое имущество заложено им по договору об ипотеке, при условии, что залог не связан с осуществлением этим гражданином предпринимательской деятельности, суд по заявлению залогодателя при наличии уважительных причин вправе в решении об обращении взыскания на заложенное имущество отсрочить его реализацию на срок до одного года.#

Таким образом, оспариваемые положения статьи 446 ГПК Российской Федерации и статьи 78 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе, не нарушают.#

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положения статьи 392 ГПК Российской Федерации, содержащие, в частности, норму о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений на основании решений Конституционного Суда Российской#

Федерации (пункт 3 части четвертой), не могут рассматриваться как препятствующие пересмотру по вновь открывшимся или новым обстоятельствам вступивших в законную силу и неисполненных или исполненных частично правоприменительных решений, вынесенных до принятия Конституционным Судом Российской Федерации решения, в котором выявлен конституционно-правовой смысл положенных в их основу норм (определения от 12 мая 2006 года № 135-О, от 11 ноября 2008 года № 556-О-Р и др.).#

Следовательно, положения статьи 392 ГПК Российской Федерации конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе, также не нарушают.#

Проверка же законности и обоснованности судебных постановлений, как связанная с установлением и исследованием фактических обстоятельств, проверкой правильности толкования и применения норм права, в том числе с точки зрения их соответствия конституционно-правовому смыслу, придаваемому им в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, предусмотренным статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится.#

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

№ 319-О#