Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и положениями ряда федеральных законов

Банк», ПАО «Межтопэнергобанк», ООО «КБ «Межтрастбанк», КБ «МСБ» (ООО), КБ «Нефтяной Альянс» (ПАО), ПАО АКБ «Новация», ООО КБ «Развитие», АКБ «Русский Трастовый Банк» (АО), ПАО МАБ «Темпбанк», а также кредиторы кредитных организаций – граждане Е.А.Ахмадиев, И.В.Загребаева, А.А.Коваленко, А.А.Ткачук, С.Н.Ткачук, О.А.Чашков, В.П.Чуприков, ОАО «Мосэнергомонтаж», ООО «МЭМ-ИНЖИНИРИНГ» и ООО «Стриж-М» просят признать положение пункта 2 статьи 18991 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в соответствии с которым из имущества кредитной организации, которое составляет конкурсную массу, исключаются имущество, составляющее ипотечное покрытие в соответствии с пунктом 4 данной статьи, ценные бумаги и иное имущество клиентов кредитной организации, принятые и (или) приобретенные кредитной организацией за их счет по договорам хранения, договорам доверительного управления, депозитарным договорам, договорам о брокерском обслуживании и договорам депозитных счетов нотариусов, а также иное имущество, исключаемое из конкурсной массы в соответствии с законодательством Российской Федерации, противоречащим статье 1 (часть 1), 7, 15 (часть 2), 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 37 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в части, касающейся исключения из конкурсной массы кредитной организации средств, внесенных на депозитный счет нотариуса. Заявители указывают, что эта норма является юридически и фактически не исполнимой и по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, она изменяет очередность удовлетворения требований кредиторов.#

Заявители также оспаривают конституционность:#

пункта 7 статьи 12 Федерального закона от 29 декабря 2015 года № 391- ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», которым в оспариваемое положение пункта 2 статьи 18991 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» были внесены изменения;#

частей 18 и 19 (утратила силу в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2016 года № 471-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации») статьи 23 Федерального закона от 29 декабря 2015 года № 391-ФЗ о действии этого положения во времени;#

пункта 3 статьи 16 Федерального закона от 3 июля 2016 года № 360-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и пункта 2 статьи 10 Федерального закона от 23 июня 2016 года № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (утратил силу в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2016 года № 471-ФЗ), которыми статья 23 Федерального закона от 29 декабря 2015 года № 391-ФЗ была дополнена соответственно частями 181 и 19;#

пункта 7 статьи 11 Федерального закона от 28 декабря 2016 года № 471- ФЗ о признании утратившей силу части 19 статьи 23 Федерального закона от 29 декабря 2015 года № 391-ФЗ.#

По мнению заявителей, оспариваемое положение пункта 2 статьи 18991 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и перечисленные нормы противоречат статьям 1 (часть 1), 15 (часть 2), 17 (часть 3) и 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они действуют с обратной силой, а именно позволяют применять пункт 2 статьи 18991 названного Федерального закона к денежным средствам, внесенным на депозитные счета нотариусов до 29 декабря 2015 года – даты вступления в силу Федерального закона от 29 декабря 2015 года № 391-ФЗ.#

Кроме того, в жалобе указано, что она подана государственной корпорацией «Агентство по страхованию вкладов» в интересах кредиторов кредитных организаций, конкурсным управляющим которых является данная государственная корпорация, а в интересах кредиторов КБ «МСБ» (ООО) – его конкурсным управляющим В.А.Волковым и членом комитета кредиторов С.О.Фурсовым.#

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, определение действия закона во времени, в пространстве и по кругу лиц является, если иное не предусмотрено Конституцией Российской Федерации, прерогативой законодателя (определения от 22 апреля 2010 года № 604-О-О и от 19 декабря 2017 года № 2975-О); только законодатель вправе распространить новые нормы на юридические факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, т.е. придать закону обратную силу; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений (Постановление от 15 февраля 2016 года № 3-П; определения от 23 апреля 2015 года № 821-О, от 24 апреля 2018 года № 1104-О и др.).#

Сами по себе оспариваемые нормы, в том числе утратившие силу в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2016 года № 471-ФЗ, не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителей в обозначенном в жалобе аспекте, связанном с приданием обратной силы пункту 2 статьи 18991 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» правоприменительной практикой.#

Не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителей оспариваемое положение пункта 2 статьи 18991 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и в той мере, в какой законодателем в целях защиты интересов участников обязательственных отношений и с учетом особенностей отношений, складывающихся при внесении денежных средств в депозит нотариуса (часть четвертая статьи 23 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате), и публичной значимости нотариальных действий (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2006 года № 349-О, от 28 марта 2017 года № 687-О и др.) на денежные средства, внесенные по договорам депозитных счетов нотариусов, распространен правовой режим имущества, составляющего ипотечное покрытие в соответствии с пунктом 4 данной статьи, ценных бумаг и иного имущества клиентов кредитной организации, принятого и (или) приобретенного кредитной организацией за их счет по договорам хранения, договорам доверительного управления, депозитарным договорам, договорам о брокерском обслуживании.#

Что касается доводов жалобы в части нарушения конституционных прав и свобод АО «АК Банк», «БайкалБанк» (ПАО), КБ «Нефтяной Альянс» (ПАО),#

АКБ «Русский Трастовый Банк» (АО), ПАО МАБ «Темпбанк» и О.А.Чашкова, то, как следует из материалов, представленных в Конституционный Суд Российской Федерации, процесс защиты конституционных прав и свобод заявителей в арбитражных судах продолжается, соответственно, и в этой части обращение не отвечает критерию допустимости обращений, закрепленному в статье 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#

Применение же оспариваемых норм в конкретном деле с участием Е.А.Ахмадиева, И.В.Загребаевой, А.А.Коваленко, А.А.Ткачука, С.Н.Ткачук, В.П.Чуприкова, ОАО «Мосэнергомонтаж», ООО «МЭМ-ИНЖИНИРИНГ» и ООО «Стриж-М» представленными материалами, вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не подтверждается.#

Кроме того, иные кредиторы кредитных организаций, наименование или фамилия, имя, отчество которых в жалобе, как того требует пункт 2 части второй статьи 37 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не указаны, не могут рассматриваться в качестве заявителей по данной жалобе.#

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 398-О#