об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Акопяна Армена Георгевича на нарушение его конституционных прав частью третьей статьи 78 Уголовного кодекса Российской Феде…

конкретными действиями лица, обвиняемого в совершении преступления, а именно в случае применения в его отношении по другому уголовному делу меры пресечения в виде домашнего ареста.#

Согласно представленным материалам, апелляционным определением от 4 октября 2019 года отменено постановление суда первой инстанции о прекращении уголовного преследования А.Г.Акопяна ввиду истечения срока давности и уголовное дело направлено на новое рассмотрение. Как разъяснил суд, нарушение подсудимым избранной ему по данному уголовному делу меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении было совершено с целью скрыться от суда и избежать уголовного преследования и имело место еще до принятия решения о помещении его под домашний арест по другому уголовному делу, притом что в период нахождения под домашним арестом по иному, нежели для подписки о невыезде, адресу, а также несколько последующих лет подсудимый сведений о своем местонахождении в суд не сообщал, будучи задержанным в другом регионе.#

Постановлениями судьи кассационного суда общей юрисдикции от 7 ноября 2019 года и судьи Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2019 года отказано в передаче для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции поданных в защиту интересов А.Г.Акопяна кассационных жалоб о пересмотре решения суда апелляционной инстанции.#

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, федеральный законодатель, действуя в рамках предоставленных ему дискреционных полномочий, предусмотрел в Уголовном кодексе Российской Федерации основания отказа от уголовного преследования определенной категории лиц и прекращения в отношении них уголовного преследования, включая такое нереабилитирующее основание, как истечение сроков давности уголовного преследования. Закрепляя в статье 78 данного Кодекса#

правило, согласно которому лицо освобождается от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, определяемых в зависимости от тяжести преступления и исчисляемых со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу (части первая и вторая), федеральный законодатель, реализуя в уголовном судопроизводстве принцип гуманизма, исходил из нецелесообразности применения мер уголовной ответственности ввиду значительного уменьшения общественной опасности преступления по прошествии значительного времени с момента его совершения (Постановление от 2 марта 2017 года № 4-П; определения от 19 июня 2012 года № 1220-О, от 5 июня 2014 года № 1309-О и др.).#

При этом в силу части третьей названной статьи течение сроков давности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда либо от уплаты судебного штрафа, назначенного в соответствии со статьей 762 данного Кодекса; в этом случае течение сроков давности возобновляется с момента задержания указанного лица или явки его с повинной. Согласно же разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», под уклонением от следствия и суда следует понимать такие действия подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, которые направлены на то, чтобы избежать задержания и привлечения к уголовной ответственности (например, намеренное изменение места жительства, нарушение подозреваемым, обвиняемым, подсудимым избранной ему меры пресечения, в том числе побег из-под стражи) (абзац второй пункта 19).#

Тем самым статья 78 УК Российской Федерации обусловливает приостановление течения сроков давности конкретными действиями лица, совершившего преступление (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 2864-О, от 27 июня 2017 года № 1416-О и от 25 апреля 2019 года № 1171-О).#

Соответственно, оспариваемое законоположение какой-либо неопределенности, допускающей его произвольное применение, не содержит и потому не может расцениваться в качестве нарушающего конституционные права А.Г.Акопяна обозначенным им образом. Оценка же наличия либо отсутствия оснований для приостановления течения срока давности уголовного преследования по конкретному уголовному делу с учетом его обстоятельств, к чему, по существу, сводятся доводы жалобы заявителя, не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она закреплена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 791-О#