Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и частью первой статьи 50 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»

испытательным сроком 4 года; мера пресечения в виде заключения под стражу отменена. В этой связи заявительница, участвовавшая в заседании суда апелляционной инстанции посредством видео-конферец-связи, полагала, что должна была быть немедленно освобождена из-под стражи, однако апелляционное определение поступило в следственный изолятор, где она отбывала наказание, только 10 декабря 2019 года, ее освободили из-под стражи спустя 19 дней.#❝

Определением кассационного суда общей юрисдикции от 1 июня 2020 года апелляционное определение краевого суда отменено, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение в краевой суд; в отношении Л.В.Бештоевой избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. По итогам нового рассмотрения дела апелляционным определением краевого суда от 29 сентября 2020 года приговор районного суда отменен, уголовное дело направлено на новое рассмотрение в районный суд на новое судебное разбирательство, в отношении Л.В.Бештоевой избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.#❝

Л.В.Бештоева, утверждая, что она 19 дней незаконно содержалась под стражей из-за того, что решение суда апелляционной инстанции об освобождении ее из-под стражи не было незамедлительно направлено посредством электронного документооборота в следственный изолятор, обратилась в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании недействующими ряда положений Инструкции о работе отделов (групп) специального учета следственных изоляторов и тюрем ФСИН России (утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 23 июня 2005 года № 94-дсп), ряда положений Инструкции по судебному делопроизводству в верховных судах республик, краевых и областных судах, судах городов федерального значения, судах автономной области и автономных округов (утвержденной приказом Генерального директора Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 15 декабря 2004 года № 161). В удовлетворении этого заявления отказано решением Верховного Суда Российской Федерации#❝

от 8 октября 2020 года, с которым согласились суды апелляционной и надзорной инстанций.#❝

Решением районного суда от 24 декабря 2021 года частично удовлетворены исковые требования Л.В.Бештоевой, с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в ее пользу взыскана компенсация морального вреда за незаконное содержание под стражей в период с 21 ноября 2019 года по 10 декабря 2019 года в размере 50 000 рублей. При этом суд установил, что в деле заявительницы апелляционное определение краевого суда от 21 ноября 2019 года в части освобождения ее из-под стражи было исполнено в нарушение части одиннадцатой статьи 108 УПК Российской Федерации и ряда положений подзаконных актов.#❝

Л.В.Бештоева просит признать не соответствующими статьям 19 (часть 1), 22 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации часть одиннадцатую статьи 108 «Заключение под стражу», часть четвертую статьи 38933 «Постановление апелляционного приговора, вынесение апелляционных определения, постановления и обращение их к исполнению», часть третью статьи 4741 «Порядок использования электронных документов в уголовном судопроизводстве» УПК Российской Федерации и часть первую статьи 50 «Порядок освобождения подозреваемых и обвиняемых из-под стражи» Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».#❝

По мнению заявительницы, оспариваемые нормы являются неопределенными в вопросе исполнения судебных актов об отмене или изменении меры пресечения в виде заключения под стражу, вынесенных в отношении лица, участвующего в судебном заседании по видео-конференцсвязи. Как утверждает Л.В.Бештоева, данные нормы позволяют содержать под стражей лицо без судебного решения; они ставят содержащихся под стражей осужденных в неравное положение в зависимости от того, участвуют ли они в заседании суда апелляционной инстанции лично или же путем использования систем видео-конференц-связи, притом что вопрос о форме участия#❝

осужденного в заседании решается не самим осужденным, а судом. В одном случае решение суда апелляционной инстанции об освобождении из-под стражи исполняется немедленно в зале суда, а в другом – лишь после получения администрацией следственного изолятора заверенной письменной копии этого судебного решения.#❝

Кроме того, Л.В.Бештоева в обоснование своей позиции также ссылается на внесенный в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации, но снятый с рассмотрения проект Федерального закона № 993009-7 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, Федеральный закон «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в котором предложено решение поставленного в жалобе вопроса.#❝

Согласно части четвертой статьи 38933 УПК Российской Федерации копия апелляционных приговора, постановления или определения либо выписка из их резолютивной части, в соответствии с которыми осужденный подлежит освобождению из-под стражи или от отбывания наказания, незамедлительно направляется соответственно администрации места содержания под стражей, администрации места отбывания наказания; если осужденный участвует в заседании суда апелляционной инстанции, апелляционные приговор, постановление или определение в части освобождения осужденного из-под стражи или от отбывания наказания исполняется немедленно. Приведенные положения направлены на исключение необоснованного содержания лица под стражей (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 26 января 2017 года № 207- О). Этим же целям служит часть одиннадцатая статьи 108 этого Кодекса, предусматривающая в числе прочего, что решение суда апелляционной инстанции об отмене постановления судьи об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу подлежит немедленному исполнению.#❝

Таким образом, оспариваемые заявительницей положения статей 108 и 38933 УПК Российской Федерации сами по себе не могут расцениваться как нарушающие ее права в обозначенном в жалобе аспекте. Проверка же правильности применения норм права с учетом фактических обстоятельств конкретного дела не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации.#❝

Кроме этого, в соответствии с пунктом «а» части 4 статьи 125 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с конкретизирующими его положениями пункта 3 части первой статьи 3, статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» правом на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой обладают граждане, чьи права и свободы, по их мнению, нарушаются примененными в конкретном деле с их участием законом и иными нормативными актами (указанными в пунктах «а», «б» части 2 той же статьи Конституции Российской Федерации), и такая жалоба признается допустимой, если имеются признаки нарушения прав и свобод заявителя в результате применения оспариваемого нормативного акта в конкретном деле с его участием; при этом к жалобе прилагаются судебные решения, подтверждающие применение обжалуемого нормативного акта судом при разрешении конкретного дела и исчерпание всех других внутригосударственных средств судебной защиты.#❝

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, конкретным делом, по смыслу указанных положений Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», является то дело, в котором суд в надлежащей юрисдикционной процедуре разрешает затрагивающий права и свободы заявителя вопрос на основе соответствующего нормативного акта, устанавливает и (или) исследует фактические обстоятельства (определения от 18 июня 2020 года № 1344-О, от 9 июля 2020 года № 1636-О, от 28 декабря 2021 года № 2974-О и др.).#❝

Между тем представленными материалами не подтверждается, что заявительницей ставился, а судами в процедурах уголовного#❝

судопроизводства разрешался вопрос о законности ее содержания под стражей на основании оспариваемых норм в обозначенном ею аспекте.#❝

Что же касается иных оспариваемых нормативных положений, то внесение целесообразных изменений и дополнений в действующее законодательство, что фактически предлагает Л.В.Бештоева, не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, определенным в статье 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 1 и 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 2055-О#❝