Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий», а также абзацем третьим пункта 2 Положения о порядке возврата гражданам незаконно конфискованного, изъ…

абзаца третьего (в жалобе ошибочно поименованного частью 2) статьи 11, в соответствии с которым подвергшимися политическим репрессиям и подлежащими реабилитации признаются дети, оставшиеся в#❝

несовершеннолетнем возрасте без попечения родителей или одного из них, необоснованно репрессированных по политическим мотивам;#❝

части восьмой статьи 161, согласно которой в случае смерти реабилитированных лиц возврат имущества, возмещение его стоимости или выплата денежных компенсаций производится их наследникам по закону первой очереди.#❝

Заявитель также оспаривает конституционность абзаца третьего пункта 2 Положения о порядке возврата гражданам незаконно конфискованного, изъятого или вышедшего иным путем из владения в связи с политическими репрессиями имущества, возмещения его стоимости или выплаты денежной компенсации (утверждено Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 года № 926), который устанавливает, что в случае смерти реабилитированного лица возврат конфискованного имущества, возмещение его стоимости или выплата денежной компенсации производится его наследникам по закону первой очереди в равных долях: детям (в том числе усыновленным), супруге (супругу) и родителям (усыновителям) умершего, а также ребенку умершего, родившемуся после его смерти.#❝

Как следует из представленных материалов, заключением комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий при администрации Собинского района Владимирской области С.Е.Шентерову отказано в удовлетворении заявления о возврате конфискованного имущества либо возмещения его стоимости, так как он не включен в круг лиц, имеющих право на возмещение вреда, причиненного утратой имущества жертв политических репрессий. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, заявителю, дед которого был признан лицом, подвергнутым политическим репрессиям, было отказано в удовлетворении его требований к уполномоченным органам власти о возврате конфискованного имущества, взыскании денежной компенсации.#❝

Суды указали, что заявитель, являясь внуком, а не сыном лица, признанного подвергнутым политическим репрессиям, не включен в установленный законом круг лиц, имеющих право на соответствующее возмещение вреда, уточнив, что отец заявителя (сын реабилитированного лица) умер уже после открытия наследства, а заявитель не является наследником первой очереди.#❝

По мнению заявителя, оспариваемые нормы не позволяют реализовать право на возмещение вреда, причиненного утратой имущества жертв политических репрессий, а потому противоречат статьям 19 (часть 1), 35 (часть 4), 39 (часть 2), 52 и 53 Конституции Российской Федерации.#❝

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, Закон Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий», целью которого, как следует из его преамбулы, является реабилитация всех жертв политических репрессий, подвергнутых таковым на территории Российской Федерации с 25 октября (7 ноября) 1917 года, восстановление их в гражданских правах, устранение иных последствий произвола и обеспечение посильной в настоящее время компенсации материального ущерба, представляет собой, по существу, публично-правовое обязательство, направленное на компенсацию в имущественной сфере ущерба, причиненного пострадавшей категории граждан, и, следовательно, на защиту права, гарантированного им статьей 53 Конституции Российской Федерации. При этом данный Закон Российской Федерации, как специальный нормативный правовой акт, по своему действию во времени, пространстве и по кругу лиц существенно отличается от общего гражданскоправового регулирования, предполагая ряд упрощенных процедур восстановления прав реабилитированных лиц, получения ими определенных льгот и компенсаций, в том числе в возмещение не только имущественного, но и иного причиненного вреда, когда не могут быть применены общие#❝

нормы гражданского законодательства (определения от 17 июля 2007 года № 574-О-О, от 17 ноября 2009 года № 1496-О-О, от 22 марта 2012 года № 528- О-О, от 18 октября 2012 года № 1919-О и др.).#❝

Оспариваемые нормативные положения конкретизируют указанную цель Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» и, будучи направленными на защиту имущественных прав реабилитированных лиц и их наследников, сами по себе не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя в указанном в жалобе аспекте. Разрешение же вопроса о том, вправе ли С.Е.Шентеров претендовать на возмещение вреда, осуществляется правоприменительным органом как на основании оспариваемых норм, так и на основании положений Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющих наследников по закону первой очереди, и к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, установленной статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 45-О#❝