(прекращение переписки)

ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Санкт-Петербург 24 декабря 2012 года

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, изучив ходатайства гражданина И.В.Коршуна о разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 31 марта 2011 года № 3-П,

установил:

Конституционный Суд Российской Федерации Постановлением от 31 марта 2011 года № 3-П по делу о проверке конституционности части третьей статьи 138 УК Российской Федерации в связи с жалобами граждан С.В.Капорина, И.В.Коршуна и других признал положение части третьей статьи 138 УК Российской Федерации, предусматривающее уголовную ответственность за незаконные производство, сбыт или приобретение специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, не противоречащим Конституции Российской Федерации, выявив его конституционно-правовой смысл.

Определениями Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2011 года № 1260-О-Р, от 25 января 2012 года № 109-О-Р и 110-О-Р, от 24 сентября 2012 года № 1682-О-Р, от 18 октября 2012 года № 1980-О-Р гражданину И.В.Коршуну было отказано в рассмотрении его ходатайств о разъяснении Постановления от 31 марта 2011 года № 3-П в связи с тем, что разрешение поставленных вопросов не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации.

В новых ходатайствах И.В.Коршуна вновь ставятся ранее поднимавшиеся в его обращениях вопросы, которые, как установил Конституционный Суд Российской Федерации, не требуют какого-либо дополнительного истолкования решения по существу. Заявитель фактически просит дать оценку правильности понимания им отдельных частных вопросов, вытекающих их правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, что не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации. При этом, как следует из содержания ходатайств, многократно настаивая на разъяснении указанного Постановления, он фактически выражает несогласие с выводами Конституционного Суда Российской Федерации и ставит под сомнение их обоснованность. Между тем в соответствии со статьей 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» решение Конституционного Суда Российской Федерации окончательно и не подлежит обжалованию.

Исходя из изложенного и руководствуясь частью пятой статьи 3, частью первой статьи 79, статьей 83 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» и пунктом 5 параграфа 23 Регламента Конституционного Суда Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации

определил: