Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гареева Зуфара Климовича

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гареева Зуфара Климовича

город Москва 17 мая 1995 года

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.А.Туманова, судей Э.М.Аметистова, М.В.Баглая, Н.Т.Ведерникова, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, В.Д.Зорькина, А.Л.Кононова, В.О.Лучина, Т.Г.Морщаковой, В.И.Олейника, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, В.Г.Стрекозова, О.И.Тиунова, О.С.Хохряковой, Б.С.Эбзеева, В.Г.Ярославцева,

заслушав в пленарном заседании заключение судьи-докладчика Э.М.Аметистова, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданина З.К.Гареева о нарушении его конституционных прав и свобод статьей 228 Уголовного кодекса РСФСР,

установил:

20 апреля 1995 года в Конституционный Суд Российской Федерации обратился гражданин З.К.Гареев, привлеченный к уголовной ответственности и преданный суду по обвинению в преступлении, предусмотренном статьей 228 УК РСФСР (изготовление или сбыт порнографических предметов). В жалобе содержится требование о признании указанной статьи Уголовного кодекса, как подлежащей применению в данном уголовном деле и обусловившей применение в отношении заявителя принудительных мер уголовно-процессуального характера, не соответствующей положениям статьи 29 Конституции Российской Федерации.

З.К.Гареев, оспаривая конституционность установленного уголовным законом запрета на изготовление и распространение предметов порнографического содержания, как ограничивающего право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию (статья 29 Конституции Российской Федерации) вместе с тем не отрицает возможность установления федеральным законом такого рода ограничений в целях, предусмотренных статьей 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Однако, как полагает заявитель, соответствующие ограничения, формируемые в виде уголовно-правового запрета, не должны распространяться на действия, в совершении которых он обвиняется.

Таким образом, в жалобе фактически ставится вопрос не о проверке конституционности статьи 228 УК РСФСР, а об оценке законности и обоснованности применения этой нормы в конкретном уголовном деле. Подобные вопросы Конституционному Суду Российской Федерации не подведомственны, поскольку в соответствии с частью третьей статьи 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" он должен воздерживаться от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов. Следовательно, Конституционный Суд не вправе определять, были ли нарушены инкриминируемыми З.К.Гарееву действиями интересы нравственности и распространяется ли на эти действия установленный в статье 228 УК РСФСР правовой запрет.

Рассмотрение вопроса о наличии в тех или иных действиях признаков преступления, предусмотренного статьей 228 УК РСФСР, относится к предмету ведения судов общей юрисдикции, обязанных принимать соответствующие решения с учетом не только конкретных обстоятельств конкретного уголовного дела и формальных признаков состава преступления, но и требований статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил: