Об отказе в принятии к рассмотрению ходатайства гражданина Коршуна Игоря Виталиевича о разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 31 марта 2011 года…

ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ об отказе в принятии к рассмотрению ходатайства гражданина Коршуна Игоря Виталиевича о разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 31 марта 2011 года № 3-П

город Санкт-Петербург 25 января 2012 года

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия ходатайства гражданина И.В.Коршуна к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

Конституционный Суд Российской Федерации Постановлением от 31 марта 2011 года № 3-П по делу о проверке конституционности части третьей статьи 138 УК Российской Федерации в связи с жалобами граждан С.В.Капорина, И.В.Коршуна, С.В.Миронова, Ц.И.Соловьева и А.Г.Трубина признал положение части третьей статьи 138 УК Российской Федерации, предусматривающее уголовную ответственность за незаконные производство, сбыт или приобретение специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, не

противоречащим Конституции Российской Федерации, выявив его конституционно-правовой смысл.

Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2011 года № 1260-О-Р было отказано в принятии к рассмотрению ходатайства И.В.Коршуна о разъяснении указанного Постановления. В своем новом ходатайстве И.В.Коршун повторно ставит вопрос о разъяснении того, позволяет ли сформулированное в указанном Постановлении определение специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, исключить из данной категории конкретные перечисленные в обращении виды технических устройств; при этом в ходатайстве не содержится доводов, которые могли бы дать основания для принятия Конституционным Судом Российской Федерации иного решения по предмету обращения.

Кроме того, из содержания ходатайства следует, что заявителем, по существу, ставится вопрос об истолковании положений подзаконных нормативных актов, раскрывающих свойства и признаки специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в Постановлении от 31 марта 2011 года № 3-П. Однако разрешение данного вопроса не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Исходя из изложенного и руководствуясь частью первой статьи 79 и статьей 83 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

определил: