об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Радченко Виталия Анатольевича на нарушение его конституционных прав пунктом 4 части второй статьи 281 Уголовно-процессуальн…

воспроизведении видеозаписи или киносъемки следственных действий, производимых с их участием, в случае стихийного бедствия или иных чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке в суд.#

По мнению заявителя, оспариваемое законоположение не соответствует статьям 21, 45, 46, 48, 49, 55 и 123 Конституции Российской Федерации, поскольку в силу своей неопределенности допускает расширительное толкование понятия «иные чрезвычайные обстоятельства», позволяя признавать таким обстоятельством нахождение свидетеля в отпуске по уходу за ребенком.#

Как многократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, оглашение показаний, данных при производстве предварительного расследования, рассматривается как исключение и допускается лишь в случаях, предусмотренных законом (часть вторая статьи 240, статьи 276 и 281 УПК Российской Федерации), что обусловлено как необходимостью устранения неравенства в процессуальных возможностях по исследованию доказательств между стороной защиты и стороной обвинения, проводившей допросы потерпевших и свидетелей в ходе досудебного производства и составившей соответствующие протоколы, так и стремлением создать для суда условия, при которых ему обеспечиваются свободные от постороннего влияния восприятие и оценка показаний участников уголовного судопроизводства (определения от 7 декабря 2006 года № 548-О, от 16 июля 2013 года № 1137-О, от 23 декабря 2014 года № 2796-О и др.).#

При этом статья 281 УПК Российской Федерации не предусматривает возможности расширительного толкования перечня случаев, когда допускается оглашение в суде показаний, ранее данных потерпевшими и свидетелями, отсутствующими в судебном заседании. По смыслу ряда решений Конституционного Суда Российской Федерации (определения от 27 октября 2000 года № 233-О, от 29 мая 2014 года № 1182-О, от 24 июня 2014 года № 1433-О, от 23 июня 2015 года № 1313-О и др.), положения части второй этой#

статьи не предусматривают каких-либо изъятий из установленного уголовнопроцессуальным законом порядка доказывания по уголовным делам, согласно которому, в частности, в основу обвинительного приговора могут быть положены лишь доказательства, не вызывающие сомнения в их достоверности и допустимости. В случае оглашения судом – при наличии указанных в законе оснований – изобличающих обвиняемого показаний отсутствующего лица и последующего их использования сторонам должна быть предоставлена возможность защиты своих интересов в суде всеми предусмотренными законом способами, включая оспаривание оглашенных показаний и заявление ходатайств об их проверке с помощью других доказательств, а также путем использования иных средств, способствующих предупреждению, выявлению и устранению ошибок при принятии судебных решений. Кроме того, сомнения, возникающие при оценке оглашенных в суде показаний с точки зрения их допустимости и достоверности, в силу статьи 49 (часть 3) Конституции Российской Федерации должны истолковываться в пользу обвиняемого (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2013 года № 720-О, от 21 ноября 2013 года № 1880-О, от 17 февраля 2015 года № 297-О и др.).#

Таким образом, оспариваемое законоположение не может расцениваться как нарушающее права заявителя в обозначенном в его жалобе аспекте. Проверка же законности и обоснованности действий и решений правоприменителей не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, определенным статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 2275-О#