об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шарафутдинова Дмитрия Билевича на нарушение его конституционных прав статьей 159 Уголовного кодекса Российской Федерации

По мнению заявителя, эта норма не соответствует статьям 10, 17–19, 22 (часть 1), 45, 46 (часть 1), 55 (часть 3), 118 и 123 (часть 3) Конституции#

Российской Федерации, поскольку – вследствие своей неопределенности – порождает произвольную правоприменительную практику и позволяет оценивать включение требования в реестр требований кредиторов на основании договора уступки как уголовно наказуемое приобретение права на чужое имущество.#

Федеральный законодатель, реализуя предоставленные ему Конституцией Российской Федерации (статья 71, пункты «в», «о») дискреционные полномочия в сфере регулирования права собственности и связанных с ним отношений по владению, пользованию и распоряжению имуществом, установил – исходя из конституционно признаваемых целей, включая защиту прав и законных интересов других лиц, и принимая во внимание вытекающие из Конституции Российской Федерации требования справедливости, разумности и соразмерности (пропорциональности) – способы охраны собственности, в том числе от преступных посягательств, и закрепил в Уголовном кодексе Российской Федерации составы преступлений, объектом уголовно-правовой охраны от которых выступает собственность.#

На достижение указанных целей направлена и статья 159 УК Российской Федерации, которая определяет мошенничество как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. При этом под хищением, согласно пункту 1 примечаний к статье 158 УК Российской Федерации, в статьях данного Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Нет оснований полагать, что названные нормы содержат неопределенность в части#

признаков преступления (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 апреля 2009 года № 422-О-О, от 17 июня 2013 года № 1021-О, от 20 марта 2014 года № 588-О, от 23 декабря 2014 года № 2859-О, от 29 сентября 2015 года № 2230-О, от 26 мая 2016 года № 1142-О и др.). Закрепленные в них общие признаки мошенничества и предусмотренные в частях второй – четвертой статьи 159 УК Российской Федерации квалифицирующие его признаки подлежат установлению во взаимосвязи с положениями Общей части данного Кодекса, в том числе определяющими принцип и формы вины, основание уголовной ответственности (статьи 5, 8, 24 и 25).#

При этом названные нормы, устанавливая признаки мошенничества и предусматривая наказание за его совершение, не регламентируют гражданско-правовые вопросы (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 января 2017 года № 78-О и от 19 декабря 2017 года № 2861-О).#

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, привлечение к уголовной ответственности за мошенничество, совершенное под прикрытием правомерной гражданско-правовой сделки, возможно лишь в случае, если будет доказано, что, заключая такую сделку, лицо действовало умышленно, преследуя цель хищения имущества или приобретения права на него (Постановление от 11 декабря 2014 года № 32-П; определения от 29 января 2009 года № 61-О-О, от 2 июля 2009 года № 1037-О-О, от 29 мая 2012 года № 1049-О, от 21 мая 2015 года № 1175-О, от 20 декабря 2016 года № 2774-О и др.).#

Не придается иной смысл статье 159 УК Российской Федерации и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», в котором указывается, что в случае, когда лицо получает чужое имущество или приобретает право на него, не намереваясь при этом исполнять обязательства, связанные с условиями#

передачи ему указанного имущества или права, в результате чего потерпевшему причиняется материальный ущерб, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, если умысел, направленный на хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество, возник у лица до получения чужого имущества или права на него (абзац первый пункта 4); если мошенничество совершено в форме приобретения права на чужое имущество, преступление считается оконченным с момента возникновения у виновного юридически закрепленной возможности вступить во владение или распорядиться чужим имуществом как своим собственным (пункт 6).#

Таким образом, оспариваемая норма не может расцениваться как нарушающая права заявителя в обозначенном им аспекте, а потому его жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской Федерации», не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.#

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 318-О#