Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Рэскоалэ Сергея Андреевича на нарушение его конституционных прав пунктами 1 и 2 части четвертой статьи 413 Уголовно-процесс…

года № 77-О, а также, как следует из позиции заявителя, постановление Европейского Суда по правам человека от 2 ноября 2010 года по делу «Сахновский против России». Письмами судей от 7 августа 2018 года, от 6 декабря 2018 года и от 4 февраля 2019 года сообщено об отсутствии оснований для постановки вопроса о возобновлении производства по делу С.А.Рэскоалэ, поскольку он не был участником соответствующих судопроизводств.#❝

В этой связи заявитель, отбывающий наказание в виде пожизненного лишения свободы, просит признать противоречащими статьям 2, 15 (части 1 и 4), 17 (части 1 и 2), 18, 19 (часть 1), 21 (часть 1), 45 (часть 1), 46, 50 (часть 3), 55 и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а также части третьей статьи 79 и части второй статьи 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» пункты 1 и 2 части четвертой статьи 413 «Основания возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» УПК Российской Федерации. По утверждению С.А.Рэскоалэ, данные нормы нарушают его права, поскольку допускают отказ в возобновлении производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств лишь на том основании, что лицо не являлось участником судопроизводства, по результатам которого было принято указанное этим лицом решение Конституционного Суда Российской Федерации или Европейского Суда по правам человека.#❝

Пункты 1 и 2 части четвертой статьи 413 УПК Российской Федерации относят к новым обстоятельствам признание Конституционным Судом Российской Федерации закона, примененного судом в конкретном уголовном деле, не соответствующим Конституции Российской Федерации, а также установленное Европейским Судом по правам человека нарушение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении судом Российской Федерации уголовного дела, что является частью#❝

механизма пересмотра вступивших в законную силу судебных решений в процедуре возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, направленного на исправление незаконного, необоснованного или несправедливого судебного решения, восстановление нарушенных им прав (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2013 года № 2032-О, от 22 апреля 2014 года № 791-О, от 17 февраля 2015 года № 409-О, от 29 сентября 2016 года № 2124-О, от 26 января 2017 года № 72-О, от 26 марта 2019 года № 646-О и др.).#❝

Как следует из жалобы, нарушение своих прав приведенными законоположениями С.А.Рэскоалэ связывает с непризнанием Верховным Судом Российской Федерации, в частности, постановления Европейского Суда по правам человека от 2 ноября 2010 года по делу «Сахновский против России», а также Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2003 года № 20-П и его определений от 18 декабря 2003 года № 497-О и от 1 апреля 2004 года № 77-О в качестве новых обстоятельств, дающих основание для возобновления производства по уголовному делу и пересмотра судебного решения, вынесенного 10 сентября 2004 года. Между тем поскольку указанные решения Конституционного Суда Российской Федерации были приняты до вынесения по уголовному делу С.А.Рэскоалэ кассационного определения от 10 сентября 2004 года, постольку они не могут выступать в деле заявителя новым, не известным суду кассационной (второй) инстанции обстоятельством, а потому отсутствует и сама предпосылка для возобновления производства по данному уголовному делу ввиду принятия Конституционным Судом Российской Федерации указанных решений.#❝

Кроме того, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, отрицание процессуальных возможностей по пересмотру дела для лиц, по делам которых судами были допущены нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод, выявленные Европейским Судом по правам человека, означало бы существенное ограничение права на судебную защиту, противоречило бы конституционным принципам равенства, приоритета международных договоров Российской#❝

Федерации в ее правовой системе, а также конституционным целям судопроизводства, исключая признание его процедур эффективным средством защиты нарушенных прав. Вместе с тем обратная сила решений Европейского Суда по правам человека имеет определенные предметные и субъектные пределы и, по общему правилу, распространяется на судебные акты, вынесенные по конкретному делу и в отношении конкретного заявителя; такой вывод учитывает специфику судопроизводства в Европейском Суде по правам человека, который выносит свои решения преимущественно на основе анализа фактических обстоятельств конкретного дела (Постановление от 26 февраля 2010 года № 4-П; определения от 7 июня 2011 года № 853-О-О, от 4 апреля 2013 года № 505-О, от 22 апреля 2014 года № 914-О, от 22 декабря 2015 года № 2975-О, от 26 мая 2016 года № 1106-О, от 27 сентября 2018 года № 2070-О, от 26 ноября 2018 года № 2840-О и др.).#❝

Таким образом, пункты 1 и 2 части четвертой статьи 413 УПК Российской Федерации не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявителя в обозначенном им аспекте. Что же касается проверки одних законоположений на соответствие другим, то она не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 2706-О#❝