Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», статьями 15 и 25 Федерального закона «Об уполномоченном по правам…

обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», статей 15 «Обращение потребителя финансовых услуг к финансовому уполномоченному» и 25 «Защита прав потребителя финансовых услуг в судебном порядке» Федерального закона от 4 июня 2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг».#

Как следует из представленных материалов, определением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, было оставлено без рассмотрения исковое заявление Т.И.Игнатенко к страховой организации о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в связи с несоблюдением установленного федеральным законом для данной категории дел досудебного порядка урегулирования спора. При этом суды исходили из того, что с 1 июня 2019 года потерпевший, являющийся потребителем финансовых услуг, обязан до предъявления к страховщику иска, вытекающего из договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, – вне зависимости от даты заключения данного договора – обратиться с соответствующим заявлением к финансовому уполномоченному.#

По мнению заявительницы, оспариваемые законоположения не соответствуют статьям 15 (часть 1), 18, 45 (часть 1), 46 (часть 1), 52 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, обязывают выгодоприобретателей руководствоваться законодательством о досудебном порядке урегулирования спора, которое вступило в силу после возникновения спорных правоотношений; на протяжении длительного (неопределенного) времени ограничивают возможность обратиться за судебной защитой; позволяют страховщикам избежать штрафных санкций за просрочку исполнения обязательств.#

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, основным принципом существования закона во времени является распространение его действия на настоящее и будущее время; придание обратной силы закону – исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений (определения от 28 сентября 2017 года № 1836-О, от 20 декабря 2018 года № 3297-О и др.).#

Данному принципу корреспондирует часть третья статьи 1 ГПК Российской Федерации, устанавливающая, что гражданское судопроизводство ведется в соответствии с федеральными законами, действующими во время рассмотрения и разрешения гражданского дела, совершения отдельных процессуальных действий или исполнения судебных постановлений.#

Учитывая, что из права каждого на судебную защиту его прав и свобод не вытекает возможность выбора гражданами по своему усмотрению способов и процедур судебной защиты, особенности которых применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации, федеральным законом (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2012 года № 555-О-О, от 26 января 2017 года № 141-О, от 25 июня 2019 года № 1571-О и др.), федеральный законодатель в рамках реализации своих дискреционных полномочий вправе установить случаи обязательного досудебного порядка урегулирования спора. Однако данный способ урегулирования споров не подменяет собой судебный порядок их#

разрешения (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 октября 2018 года № 2570-О и от 19 декабря 2019 года № 3566-О).#

Следовательно, взаимосвязанные положения абзаца третьего пункта 1 статьи 161 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», статей 15 и 25 Федерального закона «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», устанавливающие обязанность потерпевшего, являющегося потребителем финансовых услуг, до предъявления к страховщику иска, вытекающего из договора обязательного страхования, обратиться к данной финансовой организации с соответствующим заявлением и после получения ее ответа, либо в случае неполучения ответа по истечении установленных сроков рассмотрения заявления – к финансовому уполномоченному, а также абзац второй статьи 222 ГПК Российской Федерации, закрепляющий процессуальное последствие несоблюдения истцом установленного федеральным законом для данной категории дел досудебного порядка урегулирования спора в виде оставления искового заявления без рассмотрения, не лишают граждан возможности отстаивать свои права и законные интересы в рамках разрешения судом возникшего спора по существу. Дополнительной гарантией прав лиц, участвующих в деле, служат положения части второй статьи 223 ГПК Российской Федерации, согласно которой после устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без рассмотрения, заинтересованное лицо вправе вновь обратиться в суд с заявлением в общем порядке; кроме того, на определение суда об оставлении заявления без рассмотрения может быть подана частная жалоба (часть первая статьи 331 ГПК Российской Федерации).#

При этом оспариваемые Т.И.Игнатенко положения законодательства, не регламентирующие порядок и сроки вступления в силу норм об обязательном досудебном порядке урегулирования споров из договоров обязательного страхования, вопреки доводам заявительницы, не только не препятствуют привлечению страховщика к гражданско-правовой#

ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств (включая нарушение сроков выплаты страхового возмещения), но, напротив, обеспечивают реализацию дополнительного способа защиты прав потребителей финансовых услуг посредством обращения к финансовому уполномоченному. Наличие же оснований для применения к страховщику соответствующих санкций подлежит установлению как финансовым уполномоченным при рассмотрении обращения потребителя финансовых услуг, так и судом при рассмотрении дела по существу исходя из его фактических обстоятельств.#

Таким образом, оспариваемые законоположения, не предполагающие произвольного применения, не могут сами по себе расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы в обозначенных в жалобе аспектах. Проверка же правильности разрешения судом с учетом конкретных фактических обстоятельств вопроса о наличии или отсутствии оснований для оставления искового заявления гражданина без рассмотрения не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 1243-О#