об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Жиделева Дмитрия Константиновича и Кожевникова Юрия Ивановича на нарушение их конституционных прав пунктом 4 части первой стат…

статьи 24 УПК Российской Федерации (смерть подозреваемого) с согласия его брата.#❝

В то же время материалы указанного уголовного дела использовались для возбуждения уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью шестой статьи 290 УК Российской Федерации (получение взятки в особо крупном размере), в отношении Д.К.Жиделева, а затем оба уголовных дела были соединены в одно производство.#❝

Д.К.Жиделев и Ю.И.Кожевников (отец умершего К.) утверждают, что пункт 4 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации противоречит статьям 17 (часть 1), 21 (часть 1), 22 (часть 1), 48 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку позволяет возбуждать уголовное дело в отношении умершего против его интересов (с согласия его близкого родственника, имеющего самостоятельный интерес по делу и намерения, не связанные с реабилитацией умершего), используя его невозможность защищать свои права и применяя процессуальные рычаги уголовного судопроизводства с целью скрытого уголовного преследования иных лиц, без наделения их соответствующим процессуальным статусом, лишая их фактической возможности защищаться всеми способами, не запрещенными законом, в том числе права на защиту.#❝

Согласно пункту 4 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.#❝

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях (постановления от 24 апреля 2003 года № 7-П и от 14 июля 2011 года № 16- П, определения от 6 марта 2013 года № 354-О и от 10 марта 2016 года № 456-О) отметил, что при отказе в возбуждении или при прекращении#❝

уголовного дела в связи со смертью подозреваемого (обвиняемого) прекращается и дальнейшее доказывание его виновности. При этом подозрение (обвинение) в преступлении с него не снимается, – напротив, по существу, констатируется совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, конкретным лицом, от уголовного преследования которого государство отказывается ввиду его смерти. Вместе с тем защита чести и доброго имени умершего подозреваемого (обвиняемого), а также прав и законных интересов его близких родственников в первую очередь связана с его возможной реабилитацией, под которой в соответствии с пунктом 34 статьи 5 УПК Российской Федерации понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда. Из части же второй статьи 6 данного Кодекса, определяющей само назначение уголовного судопроизводства, следует, что в более широком и основополагающем смысле реабилитация – это публичное признание отсутствия причин для уголовной ответственности и уголовного преследования лица, которому оно ранее подверглось. Поскольку закон признает основанием уголовной ответственности совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, включая виновность в совершении этого деяния (часть первая статьи 5 и статья 8 УК Российской Федерации, часть вторая статьи 6 и часть четвертая статьи 302 УПК Российской Федерации), реабилитация является следствием установления невиновности в деянии, запрещенном уголовным законом.#❝

На стадии возбуждения уголовного дела, когда решается лишь вопрос о поводах и основании для этого процессуального решения, а именно о наличии достаточных данных, указывающих на признаки преступления, проведение всего комплекса следственных действий по собиранию, проверке и оценке доказательств виновности не представляется возможным, а значит, недопустимо вынесение постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в связи со смертью подозреваемого без предоставления близким родственникам умершего права добиваться его возможной#❝

реабилитации. При этом законные интересы близких родственников, по сути, одни и те же как в случае отказа в возбуждении уголовного дела, так и в случае его прекращения, равно как в обоих случаях должна быть соблюдена обязанность государства обеспечить судебную защиту чести, достоинства и доброго имени умершего, а близким родственникам должны быть гарантированы права, которыми обладал бы подозреваемый (обвиняемый, подсудимый), – аналогично тому, как это установлено частью восьмой статьи 42 УПК Российской Федерации применительно к умершим потерпевшим, ибо непредоставление возможности отстаивать в уголовном процессе свои права и законные интересы любыми не запрещенными законом способами означало бы умаление чести и достоинства личности самим государством.#❝

Аналогичный подход воспринят и судебными органами. Правоприменительная практика Верховного Суда Российской Федерации свидетельствует о том, что соответствующие правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации учитываются при разрешении конкретных дел, в том числе когда речь идет об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении умершего.#❝

Тем самым норма пункта 4 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации не может расцениваться как препятствующая всем заинтересованным близким родственникам отстаивать свою позицию по вопросу о возможности или невозможности отказа в возбуждении или прекращения уголовного дела. Не содержит она и каких-либо исключений из правил установления обстоятельств, подлежащих доказыванию (статья 73 данного Кодекса), собирания, проверки и оценки доказательств, не препятствует осуществлению права на защиту, включая защиту от обвинения в преступлении, совершенном в соучастии либо сопряженном с преступлением (деянием) лиц, уголовное преследование которых прекращено в ходе предварительного расследования в связи с их смертью или продолжается ввиду того, что кто-то из близких родственников возражает против прекращения уголовного дела. Названная норма не#❝

освобождает органы предварительного расследования и суд от обязанности обеспечивать лицу, подвергнутому уголовному преследованию, вытекающую из статьи 46 Конституции Российской Федерации возможность реализации его процессуальных прав в соответствующих процедурах, а также исправлять ошибки, допущенные на всех стадиях уголовного процесса.#❝

Таким образом, пункт 4 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации не может расцениваться как нарушающий права подозреваемого или обвиняемого в преступлении, связанном с преступлением, в совершении которого подозревались или обвинялись лица, чье уголовное преследование было прекращено в ходе предварительного расследования в связи с их смертью. Следовательно, эта норма права Д.К.Жиделева и Ю.И.Кожевникова не нарушает, а потому их жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению. К тому же Ю.И.Кожевниковым не представлены документы, подтверждающие применение оспариваемой нормы в конкретном деле с его участием.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1944-О#❝