об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Карамзина Кантемира Феликсовича на нарушение его конституционных прав пунктом 1 части первой статьи 39, частью четвертой ст…

При этом суды, включая и суды апелляционной и кассационных инстанций, рассматривавшие поданные в интересах заявителя жалобы на решения об избрании меры пресечения и о продлении срока ее применения, отвергли доводы жалоб о том, что данные решения приняты с нарушением#

правил территориальной подсудности, поскольку, по мнению заявителя, уголовное дело было незаконно (без соблюдения установленных статьей 152 УПК Российской Федерации правил территориальной подследственности и ее изменения) передано руководителем следственного органа (заместителем Председателя Следственного комитета Российской Федерации) от следственного подразделения из одного субъекта Российской Федерации (города Москвы) следственному подразделению в другом субъекте Российской Федерации (Московской области) со ссылкой на пункт 1 части первой статьи 39 УПК Российской Федерации. В постановлении судьи Московского областного суда от 6 июня 2019 года, которым отказано в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, отмечено, что вопрос о законности и обоснованности передачи уголовного дела от одного следователя другому не входит в предмет проверки суда при решении вопроса об избрании меры пресечения, поскольку для рассмотрения этого вопроса установлен иной порядок.#

В принятии к рассмотрению жалобы на постановление руководителя следственного органа об изъятии уголовного дела и его передаче другому следователю, поданной в интересах заявителя в предусмотренном статьей 125 УПК Российской Федерации порядке, постановлением судьи Черемушкинского районного суда города Москвы от 30 апреля 2019 года отказано, с чем согласился суд апелляционной инстанции. Суды исходили в том числе из того, что указанное постановление руководителя следственного органа не подлежит обжалованию по правилам, установленным статьей 125 названного Кодекса.#

К.Ф.Карамзин утверждает, что пункт 1 части первой статьи 39 «Руководитель следственного органа», часть четвертая статьи 108 «Заключение под стражу», часть восьмая статьи 109 «Сроки содержания под стражей», часть первая статьи 125 «Судебный порядок рассмотрения жалоб» и статья 152 «Место производства предварительного расследования» УПК Российской Федерации в силу своей неопределенности и по смыслу,#

придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой, противоречат Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 2, 4 (часть 2), 10, 15 (часть 2), 17 (часть 1), 18, 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 47 (часть 1), 120 (части 1 и 2) и 123 (часть 3).#

По мнению заявителя, пункт 1 части первой статьи 39 УПК Российской Федерации позволяет руководителю следственного органа произвольно и вопреки правилам статьи 152 этого же Кодекса изымать уголовное дело от одного следственного подразделения и передавать его другому (того же уровня) подразделению, находящемуся в другом субъекте Российской Федерации. Изменение таким способом места фактического производства предварительного следствия (места нахождения следственного органа) предопределяет территориальную подсудность рассмотрения судом ходатайств следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении срока содержания под стражей по правилам части четвертой статьи 108 и части восьмой статьи 109 УПК Российской Федерации. При этом законность и обоснованность решения руководителя следственного органа о передаче дела – и, следовательно, о манипуляции с подсудностью – исключаются из предмета судебной проверки как в рамках процедуры избрания меры пресечения и продления срока ее применения, так и в рамках рассмотрения жалоб в предусмотренном статьей 125 данного Кодекса порядке.#

Кроме того, К.Ф.Карамзин полагает, что статья 125 УПК Российской Федерации допускает отказ в принятии к рассмотрению жалобы, поданной в суд по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления, обусловленный тем, что уголовное дело было передано без соблюдения правил статьи 152 этого же Кодекса для производства предварительного расследования в следственное подразделение, находящееся в другом судебном районе.#

Пункт 1 части первой статьи 39 УПК Российской Федерации уполномочивает руководителя следственного органа поручать производство предварительного следствия следователю либо нескольким следователям, а также изымать уголовное дело у следователя и передавать его другому следователю с обязательным указанием оснований такой передачи, создавать следственную группу, изменять ее состав либо принимать уголовное дело к своему производству. К предмету регулирования данной статьи не относятся правила определения подследственности уголовных дел и основания ее изменения (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 февраля 2014 года № 296-О и от 28 июня 2018 года № 1469-О).#

Территориальная подследственность уголовного дела и основания ее изменения установлены статьей 152 УПК Российской Федерации, согласно которой предварительное расследование производится по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления, за исключением случаев, предусмотренных данной статьей (часть первая), а именно: если преступления совершены в разных местах, то по решению вышестоящего руководителя следственного органа уголовное дело расследуется по месту совершения большинства преступлений или наиболее тяжкого из них (часть третья); предварительное расследование может производиться и по месту нахождения обвиняемого или большинства свидетелей в целях обеспечения его полноты, объективности и соблюдения процессуальных сроков (часть четвертая); если преступление совершено вне пределов Российской Федерации, уголовное дело расследуется по основаниям, предусмотренным статьей 12 УК Российской Федерации, или в соответствии со статьей 459 УПК Российской Федерации по месту жительства или месту пребывания потерпевшего в Российской Федерации, либо по месту нахождения большинства свидетелей, либо по месту жительства или месту пребывания обвиняемого в Российской Федерации, если потерпевший проживает или пребывает вне пределов Российской Федерации, либо по месту, определенному Председателем Следственного комитета Российской Федерации, при условии, что преступление совершено иностранным#

гражданином или лицом без гражданства, не проживающими постоянно в Российской Федерации, и направлено против интересов Российской Федерации (часть четвертая1); по мотивированному постановлению руководителя вышестоящего следственного органа уголовное дело может быть передано для производства предварительного расследования в вышестоящий следственный орган с письменным уведомлением прокурора о принятом решении (часть шестая).#

Данные законоположения направлены на оптимизацию расследования, не регулируют и не предназначены для регулирования подсудности дел, касающихся вопросов применения меры пресечения в виде заключения под стражу и продления срока содержания под стражей, которая Уголовнопроцессуальным кодексом Российской Федерации определена альтернативно по месту производства предварительного расследования либо по месту задержания подозреваемого (часть четвертая статьи 108); по месту производства предварительного расследования либо месту содержания обвиняемого под стражей (часть восьмая статьи 109), что обусловлено обеспечением конституционного права на законный суд и на доступ к правосудию.#

Процессуальное решение, принимаемое по установленным статьей 152 УПК Российской Федерации правилам, в силу требований части четвертой статьи 7 данного Кодекса должно быть законным, обоснованным и мотивированным и может быть обжаловано в установленном этим Кодексом порядке в той части, в которой оно затрагивает интересы участников уголовного судопроизводства, руководителю следственного органа, прокурору или в суд (статьи 123, 124 и 125 УПК Российской Федерации). При этом часть первая статьи 125 УПК Российской Федерации предусматривает возможность обжалования в суд не только постановлений органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, но и иных решений, действий (бездействия) дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания,#

следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию. Данные законоположения не препятствуют заинтересованным участникам уголовного судопроизводства привести доводы о причинении ущерба их конституционным правам решением о передаче уголовного дела в другой орган предварительного расследования, не освобождают суд от обязанности проанализировать все изложенные в жалобе доводы, определить наличие предмета проверки в порядке названной статьи, разрешить жалобу по существу, оценить законность и обоснованность оспариваемого процессуального решения и вынести постановление, мотивировав его в случае несогласия с этими доводами указанием на конкретные, достаточные с точки зрения принципа разумности основания, по которым они отвергаются.#

При разрешении же вопросов, связанных с заключением под стражу, суд должен исследовать фактические и правовые основания для избрания или продления этой меры пресечения при обеспечении лицу возможности довести до суда свою позицию, с тем чтобы такие вопросы не могли решаться произвольно или исходя из каких-либо формальных условий, а суд мог бы самостоятельно оценить обстоятельства, приводимые как стороной обвинения, так и стороной защиты (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 июня 1996 года № 14-П, от 10 декабря 1998 года № 27-П и от 22 марта 2005 года № 4-П), независимо от того, разрешается данный вопрос судом по месту производства предварительного расследования либо месту содержания обвиняемого под стражей. При этом защита прав и законных интересов подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применяется заключение под стражу или ее продление, соблюдение принципа беспристрастности участников судебного заседания, гарантируются всей совокупностью уголовно-процессуальных средств, включая проверку законности и#

обоснованности таких судебных решений вышестоящими судебными инстанциями.#

Таким образом, оспариваемые нормы сами по себе не могут расцениваться как нарушающие конституционные права К.Ф.Карамзина в указанном в жалобе аспекте. Ставя вопрос об их конституционности, он, по существу, утверждает о нарушении в его деле правил территориальной подследственности и подсудности рассмотрения ходатайств об избрании заключения под стражу и продлении срока содержания под стражей судом по месту производства предварительного расследования. Вместе с тем проверка правомерности решения руководителя следственного органа о передаче уголовного дела в отношении заявителя предполагает исследование обстоятельств этого дела и не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она установлена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#

Что же касается доводов заявителя о том, что статья 125 УПК Российской Федерации позволяет суду отказывать в принятии к рассмотрению жалобы, поданной в районный суд по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления, мотивируя такой отказ ее неподсудностью, то в данном аспекте в деле заявителя эта норма не применялась.#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 2069-О#