об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Малухова Заурбека Хусеновича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 160 Уголовного кодекса Российской Ф…

В частности, как установлено судами, заявитель, являвшийся начальником пожарной части и материально ответственным лицом, после увольнения с государственной противопожарной службы обязан был передать актом приема-передачи вверенное ему имущество вновь назначенному руководителю пожарной части, однако этого не сделал и с целью хищения указанного имущества продолжил свободно посещать территорию пожарной части, хранить у себя ключи от складских помещений, скрыв от всех работников факт своего увольнения; позднее, реализуя свой преступный умысел, З.Х.Малухов в рамках двух эпизодов открыл ключом складское помещение и забрал инструменты на общую сумму свыше 140 000 рублей, впоследствии распорядившись ими по своему усмотрению.#

При этом суды, отклоняя доводы стороны защиты, исходили из того, что заявителю в период службы было вверено соответствующее имущество и, несмотря на свое увольнение, он сохранил доступ к этому имуществу и пользовался им как находящимся в его распоряжении (во вверенном ему фактическом владении), ввиду чего факт увольнения, произошедший незадолго до хищения, не меняет квалификации его действий и не превращает способ хищения в тайный, притом что последний ухудшает положение осужденного, поскольку за него предусмотрено более строгое наказание; уголовное дело возбуждено в установленном законом порядке по факту предполагаемой кражи (пункт «б» части второй статьи 158 УК Российской Федерации), однако в ходе предварительного расследования установлена иная форма хищения, в связи с чем уголовное преследование по факту кражи было прекращено и продолжено уже по факту присвоения или растраты, что не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона, а мнение осужденного о необходимости в указанном случае возбуждения нового уголовного дела является ошибочным.#

В этой связи З.Х.Малухов просит признать не соответствующими статьям 1 (часть 1), 2, 4 (часть 2), 15 (части 1 и 2), 17, 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 49, 50 (часть 2), 54 (часть 2), 55 (часть 3), 751, 120#

(часть 1), 123 (часть 3), 126 и 128 (часть 3) Конституции Российской Федерации часть первую статьи 160 УК Российской Федерации, пункты 1, 2, 4 части первой статьи 73 «Обстоятельства, подлежащие доказыванию» и часть первую статьи 88 «Правила оценки доказательств» УПК Российской Федерации, а также статьи 233 «Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора» и 247 «Обязанность работодателя устанавливать размер причиненного ему ущерба и причину его возникновения» Трудового кодекса Российской Федерации.#

По утверждению заявителя, данные нормы нарушают его права, поскольку позволяют без надлежащего исследования обстоятельств дела привлекать к уголовной ответственности за присвоение чужого имущества лицо, у которого такое имущество на момент совершения инкриминируемого преступления не находилось в правомерном владении либо ведении и которое не осуществляло отдельные правомочия в отношении такого имущества в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения, притом что по признакам данного преступления уголовное дело не возбуждалось.#

Согласно статье 8 УК Российской Федерации основанием уголовной ответственности выступает совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного данным Кодексом. Следовательно, обязательно установление как объективных, так и субъективных признаков состава преступления при квалификации содеянного, в том числе по статье 160 УК Российской Федерации, которая предусматривает ответственность лишь за такое деяние, причиняющее ущерб собственнику или иному владельцу, которое совершается с корыстной целью и умыслом, направленным на завладение имуществом (его присвоение) или отчуждение имущества (его растрату). Противоправное безвозмездное обращение#

имущества, вверенного лицу, в свою пользу или пользу других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному законному владельцу этого имущества, должно квалифицироваться как присвоение или растрата при условии, что похищенное имущество находилось в правомерном владении либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 июня 2011 года № 851- О-О, от 28 мая 2013 года № 707-О, от 23 декабря 2014 года № 2829-О, от 29 марта 2016 года № 640-О, от 28 июня 2022 года № 1528-О, от 31 октября 2023 года № 2729-О и др.).#

При этом, квалифицируя действия виновного как уголовно наказуемые, суд должен учесть все фактические обстоятельства дела, дав оценку имеющимся доказательствам, как собранным стороной обвинения, так и представленным стороной защиты (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 12 марта 2019 года № 579-О, от 30 июня 2020 года № 1391-О, от 28 декабря 2021 года № 2726-О и от 27 декабря 2023 года № 3321-О).#

Оспаривая конституционность положений статьи 160 УК Российской Федерации, а также статей 73 и 88 УПК Российской Федерации – регламентирующих обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, и правила оценки доказательств, – З.Х.Малухов, по сути, связывает нарушение своих прав не с содержанием данных норм, а с их неправомерным, по его мнению, применением в его деле, утверждая о необоснованности выводов суда о сохранении у него соответствующих правомочий в отношении имущества на момент его хищения и об отсутствии нарушений закона при возбуждении уголовного дела. Тем самым заявитель, по существу, ставит перед Конституционным Судом Российской Федерации требующие исследования фактических обстоятельств вопросы о проверке#

правильности выбора правовых норм, подлежащих применению в конкретном деле, и об оценке обоснованности состоявшихся в этом деле судебных решений, разрешение которых не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#

Что касается статей 233 и 247 Трудового кодекса Российской Федерации, то они регламентируют условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора, а также обязанность работодателя устанавливать размер причиненного ему ущерба и причину его возникновения и тем самым не имеют предметом своего регулирования основания или порядок привлечения к уголовной ответственности, а потому не могут расцениваться в качестве нарушающих права З.Х.Малухова обозначенным им образом.#

Таким образом, данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской Федерации», не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 290-О#