Частями первой и седьмой статьи 107 и статьей 255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

в данном уголовном деле и не будет являться гарантией беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства в отношении заявителя.#❝

Правомерность указанного вывода подтверждена вышестоящими судебными инстанциями, включая судью Верховного Суда Российской Федерации, которые, отвергая доводы стороны защиты о необходимости предоставления ежедневных прогулок на свежем воздухе, исходили из того, что мера пресечения в виде домашнего ареста заключается в полной изоляции лица от общества в жилом помещении, выход из которого возможен лишь в предусмотренных законом случаях, к которым ежедневные прогулки не отнесены.#❝

В данной связи М.В.Тарханов просит признать противоречащими статьям 2, 18, 19, 38 и 41 Конституции Российской Федерации часть шестую статьи 1051 «Запрет определенных действий», части первую и седьмую статьи 107 «Домашний арест» и статью 255 «Решение вопроса о мере пресечения» УПК Российской Федерации, как позволяющие суду отказывать находящемуся под домашним арестом лицу – в отличие от содержащегося под стражей – в предоставлении права на ежедневные прогулки на свежем воздухе.#❝

Статья 107 УПК Российской Федерации предусматривает в части первой, что домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля. Часть седьмая той же статьи позволяет суду – с учетом данных о личности подозреваемого или#❝

обвиняемого, фактических обстоятельств уголовного дела и представленных сторонами сведений – установить при избрании домашнего ареста запреты, предусмотренные пунктами 3–5 части шестой статьи 1051 указанного Кодекса.#❝

Тем самым домашний арест связан с принудительным пребыванием подозреваемого, обвиняемого (подсудимого) в ограниченном пространстве, с изоляцией от общества, прекращением выполнения трудовых или служебных обязанностей, невозможностью свободного передвижения и общения с широким кругом лиц, т.е. с ограничением самого конституционного права на свободу и личную неприкосновенность (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2018 года № 12-П).#❝

При этом, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 30 сентября 2021 года № 2121-О, схожесть гарантий указанного права применительно к домашнему аресту и заключению под стражу не означает идентичности условий их применения, поскольку право на свободу и личную неприкосновенность данные меры пресечения ограничивают по-разному. Домашний арест является более гуманной (менее строгой) мерой пресечения по сравнению с заключением под стражу, поскольку под домашним арестом лицо содержится в жилом помещении, где оно проживает, а не под стражей в специализированном учреждении и, как правило, не изолировано от совместно проживающих с ним лиц. Вместе с тем из положений статьи 107 УПК Российской Федерации, не предоставляющей в актуальной редакции подозреваемому и обвиняемому право покидать в том числе для ежедневных прогулок жилое помещение, избранное в качестве места исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста, во взаимосвязи с предписаниями статей 97 и 99 этого Кодекса не следует, что уголовно-процессуальный закон допускает применение такой меры пресечения без учета судом обстоятельств дела, свидетельствующих о наличии или отсутствии перечисленных в статье 97 этого Кодекса оснований для избрания меры пресечения, без учета тяжести преступления, данных о#❝

личности подозреваемого или обвиняемого, его возрасте, состоянии здоровья, семейном положении, роде занятий и других значимых обстоятельств, а также при наличии возможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. Во всяком случае, как следует из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2018 года № 12- П, избрание лицу домашнего ареста допустимо лишь при условии обеспечения в конкретном деле соразмерности этой меры пресечения целям ее применения, а значит, по общему правилу, должно соотноситься с возможностью назначения лицу уголовного наказания в виде лишения свободы.#❝

Соответственно, отсутствуют основания утверждать, что положения статей 1051 и 107 УПК Российской Федерации, как и его статья 255, предусматривающая полномочие суда в ходе судебного разбирательства избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого, нарушают права М.В.Тарханова указанным им образом, а потому его жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской Федерации», не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 782-О#❝