Уголовного кодекса Российской Федерации

а также обратились в суд с исковым заявлением о взыскании денежных средств в связи с данными обстоятельствами, по которым имел место обман относительно страхового случая. Доводы кассационных жалоб осужденного отклонены вышестоящими судами.#❝

По мнению заявителя, часть первая статьи 159 5 «Мошенничество в сфере страхования» УК Российской Федерации не соответствует Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 18, 19 (часть 1), 45, 46 (часть 1), 54 и 55, поскольку позволяет привлекать к уголовной ответственности адвокатов, выполнявших добросовестно свои профессиональные обязанности и реализовавших свои адвокатские полномочия, которые действовали в интересах доверителей, не вступая с ними в предварительный сговор на хищение денежных средств страховой организации и не зная об инсценировке ими страхового случая.#❝

Статья 1595 УК Российской Федерации устанавливает уголовную ответственность за мошенничество в сфере страхования, т.е. за хищение чужого имущества путем обмана относительно наступления страхового случая, а равно размера страхового возмещения, подлежащего выплате в соответствии с законом либо договором страхователю или иному лицу, в том числе совершенные в крупном размере (часть третья). В свою очередь, согласно примечанию к статье 159 1 данного Кодекса крупным размером признается стоимость имущества, превышающая один миллион пятьсот тысяч рублей. При этом под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества (пункт 1 примечаний к статье 158 данного Кодекса), а мошенничеством признается хищение чужого имущества или приобретение права на чужое#❝

имущество путем обмана или злоупотребления доверием (часть первая статьи 159 данного Кодекса).#❝

Закрепленные в статье 159 5 УК Российской Федерации общие признаки мошенничества в сфере страхования и предусмотренные в ее частях второй – четвертой квалифицирующие признаки такого деяния подлежат установлению во взаимосвязи с положениями Общей части данного Кодекса, в том числе определяющими принцип и формы вины, основание уголовной ответственности, признаки неоконченного преступления (статьи 5, 8, 24, 25 и 30), что не предполагает ответственность лица без установления судом направленности его умысла на основе оценки фактических обстоятельств конкретного дела (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 июня 2022 года № 1463-О).#❝

Общие же признаки преступлений, совершаемых в соучастии, закреплены в нормах главы 7 данного Кодекса, определяющих соучастие в преступлении как умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления (статья 32) и, в частности, признающих преступление совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления (часть вторая статьи 35). Имея в виду принцип вины, законодатель дополнительно конкретизировал в статье 36 данного Кодекса правовые последствия эксцесса исполнителя, которым считается совершение исполнителем преступления, не охватывающегося умыслом других соучастников: за эксцесс исполнителя другие соучастники преступления уголовной ответственности не подлежат. Ответственность соучастников преступления определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления (часть первая статьи 34 данного Кодекса). Тем самым для признания преступления совершенным группой лиц по предварительному сговору необходимо установить соответствующие объективные и субъективные признаки, проявляющиеся#❝

в том числе в совместных действиях, умысел на совершение которых (сговор) возник заранее, до выполнения самого преступного деяния. Эти положения уголовно-правового института соучастия в преступлении, подлежат применению на основе исследуемых судом фактических обстоятельств конкретных дел о групповых преступлениях, запрещенных нормами Особенной части УК Российской Федерации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 11 апреля 2019 года № 862-О).#❝

В силу конституционного принципа равенства, обязанности соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы (статья 15, часть 2; статья 19, часть 1, Конституции Российской Федерации), а также в силу гарантированного ее статьей 48 права на получение квалифицированной юридической помощи Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» закрепляет, что адвокат как независимый профессиональный советник по правовым вопросам, на которого законом возложена обязанность оказывать квалифицированную юридическую помощь физическим и юридическим лицам, в частности, в целях защиты их прав, свобод и интересов, должен действовать на основе принципа законности, вправе совершать действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации, и не вправе принимать от лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи, поручение в случае, если оно имеет заведомо незаконный характер (пункт 1 статьи 1, пункт 1 статьи 2, пункт 2 статьи 3, подпункт 7 пункта 3 и подпункт 1 пункта 4 статьи 6). Тем самым наделение адвоката правом представлять интересы доверителей не означает допустимость его реализации незаконными, в том числе преступными, средствами. Кроме того, применительно к уголовнопротивоправным действиям подозреваемых, обвиняемых, обязанности адвоката в качестве защитника в силу положений уголовнопроцессуального закона (часть третья статьи 49, статьи 50, 51 и 53 УПК Российской Федерации) возлагаются в установленном порядке и, во#❝

всяком случае, после совершения деяния, послужившего предпосылкой для уголовного судопроизводства. В силу статей 32–36 УК Российской Федерации не исключается привлечение адвоката к уголовной ответственности за соучастие в преступлении при наличии его объективных и субъективных признаков, в частности содействия совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации.#❝

Таким образом, оспариваемая норма неопределенности не содержит и не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявителя в обозначенных им аспектах.#❝

Как следует из доводов жалобы и существа поставленных в ней вопросов, заявитель фактически предлагает Конституционному Суду Российской Федерации оценить не норму закона, а правоприменительные действия и решения с учетом обстоятельств его уголовного дела, что выходит за рамки полномочий Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 2171-О#❝