Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Сухаревой Татьяны Викторовны на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 42, пунктом 4 части первой статьи 73…

По мнению заявительницы, оспариваемые нормы не соответствуют статьям 19 (части 1 и 2), 45, 49 (части 1 и 3), 50 (часть 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они – по смыслу, который придается им правоприменительной практикой, – позволяют:#❝

отождествлять размер полученной в результате инкриминированного лицу деяния денежной суммы с размером причиненного потерпевшему ущерба, тем самым освобождая следствие и суд от необходимости оценки ущерба (в виде установления размера уменьшения фондов потерпевшего);#❝

привлекать к уголовной ответственности за хищение в отсутствие ущерба лицу, признанному потерпевшим;#❝

давать различную оценку размеру хищений, совершенных путем обмана и заключавшихся в продаже поддельных страховых полисов, в зависимости от стоимости этих полисов, уплаченной страхователями или страховыми агентами, не устанавливая единого подхода к определению размера ущерба при мошенничестве;#❝

признавать потерпевшими лиц, которым ущерб не причинен либо которые заявили об этом, а также не признавать такими участниками уголовного судопроизводства лиц, у которых произошло уменьшение фондов.#❝

Статья 159 УК Российской Федерации определяет мошенничество как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. При этом под хищением, согласно пункту 1 примечаний к статье 158 данного Кодекса, в его статьях понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Для квалификации деяния как мошенничества необходимо обязательное установление как общих признаков преступления (в том числе общественной опасности и противоправности), так и специальных признаков, включенных в состав мошенничества (в том числе характеризующих его объективную и субъективную сторону). Нет оснований полагать, что указанные нормы содержат неопределенность в части признаков преступления (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 апреля 2009 года № 422-#❝

О-О, от 26 октября 2021 года № 2179-О, от 27 февраля 2024 года № 267-О и др.).#❝

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, по общему правилу имущественный ущерб как признак хищения предполагает (составляет) утрату имущества, т.е. уменьшение фондов собственника на стоимость (размер) утраченного в результате преступления имущества, которое поступило в незаконное владение виновного или других лиц. При этом размер хищения (стоимость похищенного) и размер ущерба в отдельных случаях могут не совпадать – как то: уменьшение ущерба при частичной возмездности (например, при совершении хищения под видом правомерной сделки, по которой произведена частичная оплата стоимости имущества, частично оказаны услуги по договору) или его увеличение вследствие особой значимости имущества, его уникальности. Следовательно, обязательными объективными признаками хищения выступают противоправное завладение имуществом (изъятие, обращение) в таком размере, в каком им распорядиться может либо сам виновный, либо лицо, в чью пользу это имущество по его воле отчуждено, а также ущерб, причиненный содеянным (Постановление от 8 декабря 2022 года № 53-П).#❝

Кроме того, уголовно-процессуальный закон предусматривает обязанность органов публичного уголовного преследования точно установить ущерб от преступления, а также обязанность суда, постановляя обвинительный приговор, отразить в нем установленные в ходе рассмотрения уголовного дела характер и размер вреда, причиненного преступлением, приняв тем самым законное, обоснованное и мотивированное решение, обеспеченное гарантиями его признания и исполнения (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 11 февраля 2020 года № 297-О, от 21 июля 2022 года № 2068-О, от 30 мая 2023 года № 1106-О и др.).#❝

Что же касается оспариваемого положения статьи 42 УПК Российской Федерации, регламентирующей правовой статус потерпевшего в уголовном судопроизводстве, то Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, в том числе применительно к предшествующей жалобе#❝

Т.В.Сухаревой, что само по себе признание лица потерпевшим не затрагивает конституционные права подозреваемого, обвиняемого (определения от 20 декабря 2016 года № 2786-О, от 20 декабря 2018 года № 3405-О, от 28 февраля 2019 года № 489-О, от 26 сентября 2024 года № 2142-О и др.).#❝

Тем самым оспариваемые нормы, действуя в своей взаимосвязи, не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы в аспектах, обозначенных в ее жалобе.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 554-О#❝