статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

преследование подлежит прекращению по основанию, предусмотренному пунктом 1 части первой данной статьи (непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления), по истечении двух месяцев производства предварительного расследования с момента истечения сроков давности уголовного преследования в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести, трех месяцев – в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести, 12 месяцев – в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления.#❝

Конституционность указанного законоположения оспаривает гражданин В.Р.Адвокат, по заявлению которого 28 сентября 2023 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью второй статьи 1281 «Клевета» УК Российской Федерации, совершенного 5 декабря 2021 года.#❝

11 декабря 2024 года вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении лица, допрошенного в качестве подозреваемого по этому уголовному делу, на основании пункта 1 части первой статьи 27 УПК Российской Федерации в связи с непричастностью к совершению преступления, а также о прекращении уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 3 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации, ввиду истечения сроков давности уголовного преследования.#❝

Не согласившись с таким решением, В.Р.Адвокат оспорил его в порядке статьи 125 УПК Российской Федерации, мотивируя свою жалобу тем, что уголовное преследование прекращено необоснованно, а выводы о непричастности подозреваемого не мотивированы. Однако суд отверг приведенные доводы, сославшись на то, что преступление, предусмотренное частью второй статьи 1281 УК Российской Федерации, относится к преступлениям небольшой тяжести, двухлетний срок давности привлечения к уголовной ответственности по которому истек, а подозреваемый возражал против прекращения его уголовного преследования по данному нереабилитирующему основанию. В этой связи, исходя из требований части#❝

второй статьи 27 УПК Российской Федерации, поскольку производство по уголовному делу продолжено в обычном порядке (ввиду возражений подозреваемого против его прекращения в связи с истечением сроков давности уголовного преследования) и уголовное дело не передано в суд или не прекращено по иному основанию в порядке, установленном данным Кодексом, уголовное преследование подлежит прекращению вследствие непричастности подозреваемого к совершению преступления (постановление Кировского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 16 июня 2025 года).#❝

Правомерность указанных выводов подтверждена вышестоящими судебными инстанциями (апелляционное постановление Верховного Суда Республики Башкортостан от 12 августа 2025 года, постановление Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 10 октября 2025 года и постановление Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2025 года).#❝

В этой связи заявитель просит признать часть вторую2 статьи 27 УПК Российской Федерации не соответствующей статьям 46 (часть 1), 52 и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации. По мнению В.Р.Адвоката, в результате применения оспариваемого законоположения он лишен дальнейшего доступа к правосудию, судебной защиты своих прав потерпевшего и компенсации причиненного преступлением ущерба; требования указанной нормы нарушают принцип равноправия сторон в уголовном судопроизводстве и смещают баланс в пользу подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, позволяя ему избежать уголовной ответственности, несмотря на фактическую виновность в совершении преступления, установленную материалами уголовного дела, создают дополнительные условия для коррупции в правоохранительных органах.#❝

обеспечиваются правосудием (статьи 1 и 2; статья 17, часть 1; статьи 18 и 19). Для претворения в жизнь основных начал правового государства в России создаются условия, способствующие взаимному доверию государства и общества, гарантируется защита, в том числе судебная, достоинства, прав и свобод граждан, притом особым образом – потерпевших от преступлений, которым государство обеспечивает доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 21, часть 1; статья 45, часть 1; статья 46, часть 1; статьи 52 и 751 Конституции Российской Федерации).#❝

Обязанность государства гарантировать защиту прав потерпевших от преступлений, в том числе путем обеспечения им адекватных возможностей отстаивать свои интересы в суде, в полной мере соответствует Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью (принята 29 ноября 1985 года Резолюцией 40/34 Генеральной Ассамблеи ООН) и вытекает, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, также из статьи 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, согласно которой достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления. Применительно к личности потерпевшего приведенное конституционное предписание предполагает обязанность государства не только предотвращать и пресекать в установленном законом порядке какие бы то ни было посягательства, способные причинить вред и нравственные страдания личности, но и обеспечивать пострадавшему от преступления возможность отстаивать, прежде всего в суде, свои права и законные интересы любыми не запрещенными законом способами, – иное означало бы умаление чести и достоинства личности не только лицом, совершившим противоправные действия, но и самим государством (постановления от 24 апреля 2003 года № 7-П, от 26 октября 2021 года № 45-П, от 28 марта 2024 года № 13-П и др.).#❝

Таким образом, государство обязано обеспечить потерпевшим от преступлений доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. Истечение сроков давности уголовного преследования не может служить обстоятельством, препятствующим реализации права на судебную защиту. Как#❝

отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 24 апреля 2003 года № 7-П, хотя государство при наличии соответствующих оснований и условий может отказаться от осуществления уголовного преследования, оно не вправе оставить неисполненными те обязанности, которые возлагаются на него Конституцией Российской Федерации. В частности, государство не освобождается от необходимости гарантировать защиту прав и свобод других лиц, в том числе обеспечить потерпевшим от преступлений доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 45, часть 2; статья 46, часть 1; статья 52 Конституции Российской Федерации).#❝

При этом Конституция Российской Федерации, гарантируя права лиц, потерпевших от преступлений, не определяет, в какой именно процедуре должен обеспечиваться доступ таких лиц к правосудию в целях защиты их прав и законных интересов и компенсации причиненного ущерба, и возлагает решение этого вопроса на законодателя. Регулируя в рамках своей дискреции отношения, связанные с реализацией конституционных гарантий прав лиц, потерпевших от преступлений, законодатель, действуя на основании статей 71 (пункты «в», «о»), 72 (пункт «б» части 1) и 76 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и руководствуясь вытекающими из конституционных предписаний принципами правового государства, верховенства права и справедливости, вправе устанавливать различный порядок защиты прав и законных интересов таких лиц – как в рамках уголовного судопроизводства (посредством гражданского иска в уголовном деле), так и путем искового производства по гражданскому делу – с помощью гражданско-правовых инструментов возмещения вреда. Конституционно важно при этом, чтобы доступ потерпевшего к правосудию был реальным, а используемые правовые механизмы были направлены на максимально возможное возмещение причиненного ему вреда и обеспечивали ему эффективное восстановление в правах (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24 апреля 2003 года № 7-П, от 25 июня 2013 года № 14-П, от 11 ноября 2014 года № 28-П, от 26 октября 2021 года № 45-П, от 29 мая 2025 года № 24-П и др.).#❝

Этим Постановлением Конституционный Суд Российской Федерации признал часть вторую статьи 27 УПК Российской Федерации и пункт «в» части первой статьи 78 УК Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они – допуская в своей взаимосвязи продолжение уголовного преследования после истечения на досудебной стадии уголовного судопроизводства срока давности привлечения к уголовной ответственности в случае, если подозреваемый или обвиняемый возражал в момент истечения этого срока против прекращения уголовного преследования по данному нереабилитирующему основанию, – не гарантируют достижения в разумные сроки определенности правового положения такого лица применительно к подозрению или обвинению в совершении преступления.#❝

Конституционный Суд Российской Федерации в названном Постановлении исходил из того, что, с одной стороны, истечение срока давности не может лишать подозреваемого, обвиняемого возможности судебной защиты его прав, в том числе права на возможную реабилитацию, но, с другой стороны, недопустимо чрезмерное затягивание расследования, которое ведет к снижению эффективности последующей судебной защиты лицом своих прав и законных интересов и ставит подозреваемого или обвиняемого, не считающего себя виновным, перед выбором между неограниченным по времени продолжением своего же уголовного преследования или согласием с прекращением дела по нереабилитирующему основанию.#❝

Позиция подозреваемого или обвиняемого о продолжении производства по уголовному делу после истечения срока давности направлена на отрицание его виновности, защиту его прав, выяснение#❝

обстоятельств исходя из доводов против подозрения или обвинения. В этом контексте продолжение предварительного расследования по правилам части второй2 статьи 27 УПК Российской Федерации предназначено не столько для дальнейшего доказывания причастности лица к совершению преступления, сколько для обеспечения его права на возможную реабилитацию. Однако Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что с учетом принципа равноправия сторон обвинения и защиты (часть четвертая статьи 15 УПК Российской Федерации) продолжение предварительного расследования не исключает возможности проводить процессуальные действия, необходимые для установления обстоятельств расследуемого деяния и для его правильной юридической оценки. Следовательно, сторона обвинения не лишена права в соответствии с принципом состязательности опровергать доводы защиты, собирать новые и проверять имеющиеся доказательства по правилам, установленным уголовно-процессуальным законом.#❝

При этом механизм, предусмотренный частью второй2 статьи 27 УПК Российской Федерации, рассчитан на ситуации, когда срок давности истек уже после возбуждения уголовного дела, а у органа предварительного расследования имелось достаточное время для установления события преступления и его совершения определенным лицом, поскольку прекращение уголовного преследования в связи с истечением срока давности подразумевает законность и обоснованность подозрения, обвинения. Принятие решения о прекращении преследования по данному нереабилитирующему основанию возможно, если орган предварительного расследования, установив факт истечения срока давности уголовного преследования, разъяснил подозреваемому, обвиняемому право согласиться с прекращением либо возражать против него. Мотивировка этого решения должна базироваться на доказательствах, подтверждающих само событие и правильность квалификации деяния, срок давности уголовного преследования за которое истек, совершение деяния (подозрение в совершении) конкретным лицом, наличие в деянии всех признаков состава#❝

преступления, нашедших отражение в материалах дела (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2022 года № 20-П и от 18 июля 2022 года № 33-П). Это означает, что решение о прекращении уголовного преследования предполагает доказанность события преступления и его совершения конкретным лицом, но, как правило, не в объеме, достаточном для окончания предварительного расследования с обвинительным заключением или обвинительным актом с направлением дела в суд. Дополнительное собирание доказательств может осуществляться органом предварительного расследования в пределах сроков, установленных частью второй2 статьи 27 УПК Российской Федерации, которые, будучи дифференцированными в зависимости от категории преступления, предполагаются разумными и позволяющими завершить предварительное расследование с направлением дела в суд.#❝

Если продолжение процессуальной деятельности в пределах сроков, установленных частью второй2 статьи 27 УПК Российской Федерации, несмотря на наличие на момент начала их течения определенного объема обвинительных доказательств, достаточных для прекращения дела в связи с истечением срока давности, не позволило достичь степени доказанности, необходимой для направления дела в суд, уголовно-процессуальным законом может допускаться применение в такой ситуации реабилитирующих оснований для прекращения уголовного преследования. Таким основанием выступает констатация непричастности лица к совершению преступления, означающая в соответствии с пунктом 20 статьи 5 УПК Российской Федерации неустановленную причастность либо установленную непричастность. Это возможно, даже если доказательства, не дававшие на момент истечения срока давности основания для прекращения дела по реабилитирующему основанию, не были опровергнуты.#❝

Предпосылкой для установления в части второй2 статьи 27 УПК Российской Федерации пресекательных сроков, истечение которых влечет обязанность органа предварительного расследования прекратить уголовное преследование по пункту 1 части первой статьи 27 данного Кодекса, могут#❝

рассматриваться принципы favor defensionis (благоприятствование защите) и презумпции невиновности в их сочетании. Согласно последнему недостижение юридической определенности в вопросе о причастности лица к совершению преступления в течение этих сроков влечет толкование сомнений в его пользу (статья 49, часть 3, Конституции Российской Федерации; часть третья статьи 14 УПК Российской Федерации) и, как следствие, констатацию непричастности лица к преступлению с точки зрения вопроса об уголовной ответственности и права на реабилитацию.#❝

И хотя возможна иная модель разрешения данной ситуации, также согласующаяся с конституционными предписаниями, – о чем свидетельствует, в частности, временный порядок применения части второй статьи 27 УПК Российской Федерации, предусмотренный пунктом 6 мотивировочной части и пунктом 2 резолютивной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2022 года № 33- П до внесения в правовое регулирование изменений, вытекающих из данного Постановления, – федеральный законодатель, установив во исполнение названного Постановления те предписания, которые оспаривает заявитель, действовал в пределах предоставленной ему дискреции, с учетом того, что в системе действующего законодательного регулирования лицо, признанное потерпевшим по прекращенному уголовному делу, не утрачивает возможности защищать свои права и законные интересы.#❝

условия для исполнения потерпевшим процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных ему прав, хотя бы это и не привело к раскрытию преступлений, установлению и изобличению виновных в них лиц (постановления от 14 января 2000 года № 1-П, от 25 июня 2013 года № 14-П; определения от 17 сентября 2013 года № 1336-О, от 12 марта 2019 года № 578-О, от 26 сентября 2024 года № 2060-О и др.). Соответственно, и прекращение уголовного преследования в отношении конкретного лица по основанию, предусмотренному частью второй2 статьи 27 УПК Российской Федерации, не может рассматриваться как обстоятельство, освобождающее государство от обязанности обеспечить потерпевшему доступ к правосудию и компенсацию причиненного преступлением вреда.#❝

За потерпевшим сохраняется право на обращение за защитой своих прав в порядке гражданского судопроизводства. По смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 24 апреля 2003 года № 7-П, от 2 марта 2017 года № 4-П и др.), оценка судом в гражданском деле материально-правовых оснований возмещения вреда, причиненного преступлением, не может ограничиваться выводами органов, осуществлявших уголовное судопроизводство, изложенными в постановлении о прекращении уголовного преследования лица в связи с его непричастностью к преступлению, если такая констатация обусловлена истечением сроков давности уголовного преследования и непередачей уголовного дела в суд в установленный частью второй2 статьи 27 УПК Российской Федерации срок.#❝

В частности, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, если оправдательный приговор, постановление о прекращении производства по уголовному делу по реабилитирующим основаниям вынесены судом единственно на основе недоказанности факта совершения лицом, привлекаемым к уголовной ответственности, вменяемых ему действий, это не должно препятствовать повторному доказыванию либо опровержению данного факта в гражданском процессе. Новое доказывание и опровержение сторонами тех же обстоятельств в рамках другого дела не#❝

вступает в противоречие с выводом об их недоказанности в ранее рассмотренном деле, который не содержит в основе ни утвердительного, ни отрицательного суждения о наличии этих обстоятельств. Само по себе наличие оправдательного приговора, постановления о прекращении производства по уголовному делу по реабилитирующим основаниям не исключает независимой оценки судом (в рамках гражданского дела) вопроса о том, соответствуют ли действительности порочащие честь, достоинство и деловую репутацию лица сведения (Постановление от 19 ноября 2024 года № 53-П).#❝

Разрешая гражданский иск, суд не может игнорировать представляемые ему материалы уголовного дела, подтверждающие событие преступления и его совершение определенным лицом, а равно иные факты и обстоятельства, имеющие значение для дела. Соответственно, констатация непричастности лица к совершению преступления в порядке части второй2 статьи 27 УПК Российской Федерации не является препятствием для судебной защиты прав потерпевшего посредством гражданского иска и не предрешает исхода гражданского дела.#❝

При этом потерпевшему должно обеспечиваться содействие со стороны государства в лице его уполномоченных органов в получении доказательств, подтверждающих факт причинения вреда в результате противоправного деяния. В частности, ему не может быть отказано в предоставлении соответствующих материалов уголовного дела для использования в гражданском судопроизводстве; данные предварительного расследования в силу части первой статьи 71 ГПК Российской Федерации подлежат принятию судом в качестве письменных доказательств и оцениваются по правилам статьи 67 данного Кодекса – по внутреннему убеждению суда, наряду с другими доказательствами, на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного их исследования.#❝

Кроме того, часть вторая2 статьи 27 УПК Российской Федерации, по смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, не препятствует потерпевшему при наличии у него обоснованных сомнений#❝

в правильности исчисления срока давности уголовного преследования представить свои возражения против прекращения уголовного дела (уголовного преследования), которые подлежат проверке судом, а также оспорить такое прекращение по мотивам его незаконности и необоснованности в установленном процессуальным законом порядке, а равно и обратиться в суд с заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок (Постановление от 2 марта 2017 года № 4-П; Определение от 26 сентября 2024 года № 2060-О).#❝

Как следует из жалобы, заявитель, будучи потерпевшим, связывает нарушение своих прав с прекращением уголовного преследования подозреваемого лица по уголовному делу о преступлении, предусмотренном статьей 1281 «Клевета» УК Российской Федерации. Вместе с тем, согласно статье 152 «Защита чести, достоинства и деловой репутации» ГК Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности (пункт 1); гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (пункт 9). Тем самым защита чести и достоинства В.Р.Адвоката, а также возмещение причиненного ему вреда возможны и в процедурах гражданского судопроизводства.#❝

Таким образом, отсутствуют основания полагать, что часть вторая2 статьи 27 УПК Российской Федерации нарушает конституционные права заявителя в обозначенном им аспекте.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1688-О#❝