об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Вогусова Андрея Анатольевича на нарушение его конституционных прав частью седьмой статьи 54 Положения о службе в органах вн…
Решение КС РФ от 05.03.2009 № 466-О-О «об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Вогусова Андрея Анатольевича на нарушение его конституционных прав частью седьмой статьи 54 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации»
Текст — по данным сайта Верховного Суда РФ (vsrf.ru).
ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Вогусова Андрея Анатольевича на нарушение его конституционных прав частью седьмой статьи 54 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации
город Санкт-Петербург 5 марта 2009 года
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, А.Я.Сливы, В.Г.Стрекозова, В.Г.Ярославцева, заслушав в пленарном заседании заключение судьи С.П.Маврина, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина А.А.Вогусова,
установил:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.А.Вогусов просит признать не соответствующей статьям 7, 17, 19, 38 и 39 Конституции Российской Федерации часть седьмую статьи 54 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации (утверждено постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года № 4202-I) в той части, в какой она ограничивает возможность предоставления отцам, проходящим службу в органах#
внутренних дел, отпуска по уходу за ребенком только случаями, когда они воспитывают ребенка без матери.#
По мнению заявителя, оспариваемая норма является дискриминационной, поскольку устанавливает для сотрудников органов внутренних дел – мужчин несоразмерное ограничение их прав и свобод и препятствует им как отцам в исполнении родительской обязанности по воспитанию детей и заботе о них.#
Как следует из представленных материалов, приказом ГУВД по Пермскому краю от 20 июля 2007 года был отменен как изданный без учета требований части седьмой статьи 54 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации приказ ГУВД по Пермскому краю от 21 марта 2007 года, которым А.А.Вогусову – старшему оперуполномоченному Центра временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел ГУВД по Пермскому краю был предоставлен отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.#
Решением мирового судьи судебного участка № 37 Свердловского района города Перми от 8 октября 2007 года, оставленным без изменения апелляционным определением Свердловского районного суда города Перми от 24 декабря 2007 года, исковые требования А.А.Вогусова о признании незаконным приказа ГУВД по Пермскому краю от 20 июля 2007 года были удовлетворены, однако постановлением президиума Пермского краевого суда от 14 мая 2008 года вынесенные судебные решения отменены, а дело передано на новое рассмотрение в Свердловский районный суд города Перми для рассмотрения по первой инстанции, который определением от 25 июня 2008 года по ходатайству А.А.Вогусова производство по делу приостановил в связи с обращением его с жалобой в Конституционный Суд Российской Федерации.#
После рождения у А.А.Вогусова второго ребенка ему было отказано в предоставлении отпуска по уходу за ребенком со ссылкой на часть седьмую статьи 54 Положения о службе в органах внутренних дел Российской#
Федерации в связи с тем, что им не подтвержден факт воспитания ребенка без материнского попечения.#
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные заявителем материалы, не находит оснований для принятия его жалобы к рассмотрению.#
2.1. По смыслу статей 32 (часть 4), 72 (пункт «б» части 1) и 114 (пункт «е» части 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с положениями статей 2 и 7 Федерального закона от 27 мая 2003 года № 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации», служба в органах внутренних дел, посредством прохождения которой граждане реализуют право на свободное распоряжение своими способностями к труду, относится к особому виду государственной службы – правоохранительной службе и представляет собой профессиональную служебную деятельность граждан на должностях правоохранительной службы в государственных органах и учреждениях, осуществляющих функции по обеспечению безопасности, законности и правопорядка, борьбе с преступностью, защите прав и свобод человека и гражданина. Следовательно, такого рода деятельность осуществляется в публичных интересах, а лица, которые проходят службу в органах внутренних дел, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их специальный правовой статус.#
Федеральный законодатель, определяя специальный правовой статус сотрудников органов внутренних дел, вправе в рамках своей дискреции устанавливать для них в части реализации гражданских прав и свобод определенные ограничения, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования правоохранительной службы, а также специфическим характером деятельности лиц, проходящих такого рода службу. Соответствующее право законодателя нашло свое непосредственное закрепление, в частности, в части седьмой статьи 17 Закона Российской Федерации от 18 апреля 1991 года № 1026-I «О милиции», предусматривающей возможность установления федеральными законами#
ограничений отдельных общегражданских прав и свобод сотрудников милиции, которые обусловлены особенностями службы.#
Поступая на службу в органы внутренних дел, гражданин реализует право на свободное распоряжение своими способностями к труду и тем самым добровольно приступает к осуществлению такой профессиональной деятельности, занятие которой предполагает, во-первых, наличие определенных ограничений его прав и свобод, свойственных данной разновидности государственной службы, а во-вторых, исполнение обязанностей по обеспечению безопасности, законности и правопорядка. Вследствие этого сотрудник органов внутренних дел обязуется подчиняться требованиям закона, ограничивающим его права и свободы, в том числе социальные, а также возлагающим на него особые публично-правовые обязанности.#
Конституционный Суд Российской Федерации применительно к различным видам деятельности, связанной с осуществлением публичных функций, не раз высказывал в своих решениях суждение о том, что гражданин, добровольно избирая такой род занятий, соглашается с условиями и ограничениями, с которыми связан приобретаемый им правовой статус (определения от 1 декабря 1999 года № 219-О, от 7 декабря 2001 года № 256-О и от 20 октября 2005 года № 378-О).#
Установление федеральным законодателем определенных ограничений прав и свобод в отношении лиц, проходящих правоохранительную службу в органах внутренних дел, само по себе не противоречит статьям 19 (часть 1), 37 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации и согласуется с положениями пункта 2 статьи 1 Конвенции МОТ № 111 1958 года относительно дискриминации в области труда и занятий, согласно которым не считаются дискриминацией различия, исключения или предпочтения в области труда и занятий, основанные на специфических (квалификационных) требованиях, связанных с определенной работой (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 1995 года № 7-П).#
2.2. Согласно части седьмой статьи 54 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации беременные женщины и матери из числа сотрудников органов внутренних дел, а также отцы – сотрудники органов внутренних дел, воспитывающие детей без матери (в случае ее смерти, лишения родительских прав, длительного пребывания в лечебном учреждении и в других случаях отсутствия материнского попечения), пользуются правовыми и социальными гарантиями, установленными законодательством Российской Федерации для этой категории населения Российской Федерации.#
Данная норма является по своему характеру отсылочной, применяется только в системной связи с положениями иных нормативных правовых актов и сама по себе не направлена на ограничение прав и свобод сотрудников органов внутренних дел. Между тем оспариваемое заявителем нормативное положение в системной связи с положениями части второй статьи 45 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, предусматривающей предоставление сотрудникам органов внутренних дел отпуска по уходу за ребенком в соответствии с действующим законодательством, предполагает, что мужчины – сотрудники органов внутренних дел, воспитывающие ребенка (детей) совместно с матерью, не имеют права на использование указанного отпуска.#
Такое ограничение, с одной стороны, обусловлено спецификой правового статуса сотрудников органов внутренних дел, а с другой стороны – согласуется с конституционно значимыми целями ограничения прав и свобод человека и гражданина (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации) и оправдано необходимостью создания условий для эффективной профессиональной деятельности лиц, которые проходят правоохранительную службу и выполняют обязанности по обеспечению безопасности, законности и правопорядка.#
Поскольку правоохранительная служба в органах внутренних дел в силу предъявляемых к ней специфических требований исключает возможность неисполнения сотрудниками указанных органов своих#
служебных обязанностей без ущерба для охраняемых законом публичных интересов, ограничение права отцов, проходящих службу в указанных органах и воспитывающих ребенка (детей) совместно с матерью, на использование отпуска по уходу за ребенком направлено на соблюдение баланса публичных и частных интересов и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав и свобод данной категории лиц, в частности закрепленного статьей 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации права на заботу о детях и их воспитание.#
Кроме того, предоставив право на отпуск по уходу за ребенком в порядке исключения только матерям из числа сотрудников органов внутренних дел и отцам – сотрудникам органов внутренних дел, воспитывающим детей без матери, законодатель исходил, во-первых, из особой, связанной с материнством, социальной роли женщины в обществе, а во-вторых, из необходимости обеспечения ухода за детьми, оставшимися без материнского попечения. Поэтому такое решение законодателя не может расцениваться и как нарушение предусмотренных статьей 19 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации принципов равенства прав и свобод человека и гражданина, а также равноправия мужчин и женщин.#
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#
о п р е д е л и л:#
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Вогусова Андрея Анатольевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.#