Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

статьи 2231 «Уведомление о подозрении в совершении преступления» УПК Российской Федерации.#❝

По мнению заявителя, указанные положения, как не содержащие требование рассматривать в качестве подозреваемого лицо, в отношении которого в ходе предварительного расследования уголовного дела органом расследования ведется уголовно-процессуальная деятельность, направленная на изобличение в совершении преступления и затрагивающая его права, если к данному лицу не применялись меры и в отношении него не принимались решения, перечисленные в части первой статьи 46 УПК Российской Федерации, противоречат статьям 2, 15 (часть 4), 17 (часть 1), 21, 49 (части 1 и 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации.#❝

Кроме того, А.С.Макаров просит признать часть вторую статьи 75 «Недопустимые доказательства» УПК Российской Федерации не соответствующей статье 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации, поскольку, по его мнению, ее положения не относят к недопустимым доказательства, собранные и закрепленные в ходе предварительного следствия лицом, имеющим прямую или косвенную заинтересованность в исходе уголовного дела.#❝

Статья 46 УПК Российской Федерации, которая содержит общие положения, касающиеся правового статуса подозреваемого, в частности определяет основания для признания лица подозреваемым (часть первая) и закрепляет гарантии его права на судебную защиту и доступ к правосудию (часть четвертая), не может рассматриваться как нарушающая конституционные права заявителя.#❝

Настаивая на признании неконституционной ее части первой, А.С.Макаров утверждает, что следователь, несмотря на проведение следственных и иных действий, направленных на его уголовное преследование, не применил содержащиеся в ней положения и не принял во#❝

внимание правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированную в Постановлении от 27 июня 2000 года № 11-П, чем лишил его возможности реализовать права подозреваемого. Тем самым заявитель связывает нарушение своих конституционных прав с правоприменительными решениями и фактически предлагает Конституционному Суду Российской Федерации проверить их законность и обоснованность. Однако решение данного вопроса не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Статья 75 УПК Российской Федерации устанавливает, что доказательства, полученные с нарушением требований Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации, являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для установления любого из обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу (часть первая), и определяет, какие доказательства относятся к недопустимым (часть вторая). Положения этой статьи служат гарантией принятия законного и обоснованного решения по уголовному делу (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 октября 2008 года № 527-О-О, от 23 июня 2009 года № 886-О-О и от 23 сентября 2010 года № 1190-О-О), а потому также не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя.#❝

Что же касается вопроса о проверке конституционности части первой статьи 2231 УПК Российской Федерации, регулирующей порядок уведомления дознавателем в ходе дознания лица о подозрении в совершении преступления, то, поскольку уголовное дело заявителя расследовалось в форме предварительного следствия, содержащиеся в ней положения в его деле не применялись. Следовательно, его жалоба в данной части также не#❝

отвечает критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

№ 849-О-О#❝