По жалобе гражданки Безугловой Тамары Петровны на нарушение ее конституционных прав пунктом 8 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных…

застрахованного, размер ежемесячной страховой выплаты исчисляется исходя из его среднего месячного заработка, получаемых им при жизни пенсии, пожизненного содержания и других подобных выплат, за вычетом долей, приходящихся на него самого и трудоспособных лиц, состоявших на его иждивении, но не имеющих права на получение страховых выплат, были исключены слова «получаемых им при жизни пенсии, пожизненного содержания и других подобных выплат».#❝

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка Т.П.Безуглова оспаривает конституционность пункта 8 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» в указанной редакции.#❝

Как следует из представленных материалов, заявительница – жена умершего шахтера, признанного инвалидом вследствие профессионального заболевания, который получал ежемесячную страховую выплату и трудовую пенсию и не работал ко дню смерти, наступившей вследствие профессионального заболевания, – является получателем трудовой пенсии, размер которой ниже сумм выплат, причитавшихся ее мужу. Шахтинский городской суд Ростовской области, куда Т.П.Безуглова обратилась с просьбой об установлении факта нахождения на иждивении умершего мужа и подтверждении ее права на получение страховых выплат, решением от 8 февраля 2006 года, оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Ростовского областного суда, отказал в назначении ежемесячной страховой выплаты в связи со смертью мужа. Суды исходили из того, что, по смыслу пункта 8 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в редакции Федерального закона от 7 июля 2003 года № 118-ФЗ) во взаимосвязи с другими его нормами, правом на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая обладают нетрудоспособные#❝

лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания, причем иждивенство нетрудоспособного предполагается только в случаях, когда его постоянным и основным источником существования являлся заработок застрахованного на момент смерти. Соответственно, только заработок, а не какие-либо иные платежи, включая страховое возмещение, могут учитываться в качестве дохода, принимаемого во внимание при решении вопроса о нахождении нетрудоспособного на иждивении умершего.#❝

Заявительница полагает, что изменение редакции пункта 8 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» препятствует получению ежемесячной страховой выплаты нетрудоспособными супругами как иждивенцами умерших застрахованных, которым выплачивались страховые выплаты и которые на момент смерти не состояли в трудовых отношениях. Такое правовое регулирование, по ее мнению, приводит к нарушению конституционного принципа равенства всех перед законом, поскольку супруги неработавших застрахованных, умерших до вступления в силу Федерального закона от 7 июля 2003 года № 118-ФЗ, в отличие от супругов застрахованных, умерших после вступления в силу указанных изменений, признаются получателями соответствующей ежемесячной денежной выплаты, противоречит принципу недопустимости издания законов, отменяющих или умаляющих права и свободы человека и гражданина, и тем самым противоречит Конституции Российской Федерации, ее статьям 2, 19, 37, 39 и 55.#❝

Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».#❝

В данном Определении Конституционный Суд Российской Федерации указал следующее.#❝

Положение пункта 8 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» как по месту в структуре данного Федерального закона (оно закреплено в статье, которая называется «Размер ежемесячной страховой выплаты»), так и по своему нормативному содержанию направлено на установление только порядка исчисления размера ежемесячной страховой выплаты и не определяет ни событие, с которым федеральный законодатель связывает возможность получения названными в этом Федеральном законе лицами страховых выплат, ни круг субъектов права на их получение. Предусматривая, что содержащееся в нем правовое регулирование относится к лицам, имеющим право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного, пункт 8 статьи 12 адресует правоприменителей к положениям, закрепляющим круг соответствующих субъектов и условия приобретения данного права, которые содержатся в статье 7 данного Федерального закона.#❝

Круг субъектов соответствующего права, предусмотренный в статье 7 (в ее базовой редакции) Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», впоследствии не претерпевал каких-либо изменений. Положения данной статьи остались неизменными и при принятии Федерального закона от 7 июля 2003 года № 118-ФЗ.#❝

Следовательно, изменение пункта 8 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» в части исключения из него слов «получаемых им при жизни пенсии, пожизненного содержания и других подобных выплат» само по себе не может рассматриваться как предполагающее изменение круга субъектов права на получение#❝

страховых выплат в случае смерти застрахованного лица, а также условий его возникновения, в сравнении с прежним правовым регулированием.#❝

Одновременно Конституционный Суд Российской Федерации указал, что непризнание нетрудоспособных лиц, состоявших на иждивении у застрахованного, т.е. находившихся на его полном содержании или получавших такую помощь, которая являлась для них постоянным и основным источником средств к существованию, субъектами права на получение ежемесячной страховой выплаты, основанное на неучете при определении поступавшей им от застрахованного помощи иных причитавшихся ему помимо среднего месячного заработка выплат, и, соответственно, отказ в предоставлении страхового обеспечения нетрудоспособным иждивенцам застрахованного в случае, когда его смерть наступила после прекращения исполнения трудовых обязанностей, означало бы установление необоснованных различий в условиях возникновения права на социальное обеспечение между нетрудоспособными иждивенцами исключительно в зависимости от момента его смерти. Такого рода различия несовместимы с требованиями статей 19 (части 1 и 2) и 39 (часть 1) Конституции Российской Федерации.#❝

Исходя из этого, а также руководствуясь ранее сформулированными правовыми позициями, в которых были выявлены конституционные начала правового регулирования отношений в сфере социального обеспечения, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что пункт 8 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в редакции Федерального закона от 7 июля 2003 года № 118-ФЗ) по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не может рассматриваться как препятствующий признанию права на получение ежемесячной страховой выплаты в случае смерти застрахованного лица, не состоявшего к моменту смерти в трудовых отношениях, нетрудоспособными лицами, находившимися на его полном содержании или получавшими от него#❝

такую помощь, которая являлась для них постоянным и основным источником средств к существованию.#❝

Что же касается выяснения фактических обстоятельств, связанных с оказанием застрахованным лицом помощи лицам, претендующим на получение страховых выплат в связи с его смертью, а также установления конкретного соотношения между объемом такой помощи застрахованного и собственными доходами заинтересованного лица и признания данной помощи постоянным и основным источником средств к существованию, то, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, это не входит в его компетенцию, установленную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Разрешение данных вопросов в соответствии с пунктом 2 части второй статьи 264 ГПК Российской Федерации является прерогативой судов общей юрисдикции, которые должны принимать во внимание весь комплекс юридически значимых обстоятельств дела и применять соответствующие нормы, исходя из их конституционно-правового смысла, выявленного в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 3 октября 2006 года № 407-О. Это Определение, а значит, и сформулированная в нем правовая позиция сохраняют свою силу и носят общеобязательный характер. Судебные и иные правоприменительные органы при рассмотрении конкретных дел и установлении иждивенцев умерших застрахованных лиц не могут придавать названным законоположениям значение, которое расходилось бы с их конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 3 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

Судья-секретарь Конституционного Суда Российской Федерации Ю.М.Данилов#❝