Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Птахина Александра Васильевича на нарушение его конституционных прав пунктом 7 части 3 статьи 82 Федерального закона «О слу…

внутренних дел подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с осуждением сотрудника за преступление; в связи с прекращением в отношении него уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон (кроме уголовных дел частного обвинения), вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием, за исключением случаев, если на момент расторжения контракта и увольнения со службы в органах внутренних дел преступность деяния, ранее им совершенного, устранена уголовным законом.#❝

По мнению заявителя, оспариваемая норма не соответствует статьям 15, 19 (части 1 и 2), 37 (части 1 и 3), 45, 46 (части 1 и 2), 49, 54 и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации, поскольку служит основанием для увольнения сотрудников органов внутренних дел, в отношении которых уголовные дела публичного обвинения были прекращены в связи с примирением сторон до вступления данного законоположения в силу, т.е. вводит безусловный и бессрочный запрет на прохождение такими лицами службы в органах внутренних дел, не предусматривая при этом необходимость учета вида и степени тяжести деяния, формы вины, категории преступления, срока, прошедшего с момента прекращения уголовного преследования, поведения сотрудника, включая отношение к исполнению своих служебных обязанностей, и тем самым несоразмерно ограничивает право указанных лиц на свободное распоряжение своими способностями к труду и на получение социальных гарантий, нарушает баланс конституционно значимых ценностей.#❝

Заявитель полагает, что на случаи увольнения сотрудников органов внутренних дел, совершивших до вступления оспариваемой нормы в силу деяния небольшой тяжести и в отношении которых уголовные дела публичного обвинения были прекращены в связи с примирением сторон, следует распространить правовые позиции, содержащиеся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 марта 2014 года № 7-#❝

П, которым оспариваемая норма была признана не соответствующей статьям 19 (части 1 и 2), 37 (часть 1), 45, 46 (части 1 и 2), 49 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования она предполагает обязательное и безусловное расторжение контракта о прохождении службы с сотрудником органов внутренних дел и увольнение его со службы, если в отношении него уголовное преследование по делу частного обвинения прекращено в связи с примирением сторон до вступления данного законоположения в силу.#❝

Оспариваемая норма применена в деле заявителя судами общей юрисдикции.#❝

По смыслу статьи 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 32 (часть 4), 72 (пункт «б» части 1) и 114 (пункт «е»), служба в органах внутренних дел Российской Федерации, посредством прохождения которой граждане реализуют свое право на труд, представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением общественного порядка, законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах.#❝

Лица, которые проходят службу в органах внутренних дел, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их специальный правовой статус, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 года № 17-П, от 15 июля 2009 года № 13-П и от 21 марта 2014 года № 7-П).#❝

Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования и особые обязанности, обусловленные задачами,#❝

принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 1995 года № 7-П, от 18 марта 2004 года № 6-П и от 21 марта 2014 года № 7-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2004 года № 460-О, от 16 апреля 2009 года № 566-О-О и от 25 ноября 2010 года № 1547-О-О).#❝

Граждане, добровольно избирая такого рода деятельность, в свою очередь, соглашаются с ограничениями, которые обусловливаются приобретаемым ими правовым статусом, а потому установление особых правил прохождения государственной службы и требований к избравшим ее лицам само по себе не может рассматриваться как нарушение закрепленных статьями 32 (часть 4) и 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации права на равный доступ к государственной службе и права свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.#❝

Предусмотренное пунктом 7 части 3 статьи 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» правило установлено с целью комплектования правоохранительных органов лицами, имеющими высокие морально-нравственные качества, обладающими профессиональным правосознанием и не допускающими нарушения закона, и обусловлено особыми задачами, принципами организации и функционирования правоохранительной службы, а также необходимостью поддержания доверия граждан к лицам, находящимся на службе в органах внутренних дел (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 сентября 2014 года № 1994-О, от 23 октября 2014 года № 2307-О, от 25 февраля 2016 года № 235-О, от 26 апреля 2016 года № 774-О и др.).#❝

Следовательно, такое правовое регулирование не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 2382-О#❝