об отказе в принятии к рассмотрению жалобы акционерного общества «КРАМАКС» на нарушение конституционных прав и свобод частью первой статьи 622 Гражданского кодекса Российской Фе…

лизинга. Как было установлено судами, по договору лизинга истец (лизингодатель) передал предмет лизинга – башенный кран АО «КРАМАКС» (лизингополучатель), которое, в свою очередь, на основании договора аренды передало его ООО «ПРОФСЕРВИС»; впоследствии указанное имущество было возвращено арендатором арендодателю в исправном состоянии с учетом нормального износа по акту возврата оборудования, однако лизингодателю в связи с расторжением договора лизинга предмет лизинга возвращен не был.#

Также суды апелляционной и кассационной инстанций отклонили, как не имеющий правового значения, довод заявителя о том, что незаконная смена единоличного исполнительного органа АО «КРАМАКС» и захват его имущества исключают надлежащее исполнение обязательств лизингополучателя по договору лизинга.#

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации АО «КРАМАКС» оспаривает конституционность части первой статьи 622 ГК Российской Федерации о возврате арендованного имущества арендодателю. По мнению заявителя, данное законоположение противоречит статьям 34, 35, 45 и 46 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, оно допускает доказывание факта возврата арендуемого имущества арендодателю при прекращении договора аренды лишь подписанным сторонами договора документом, содержащим сведения о возврате такого имущества, и исключает в таком случае необходимость исследовать и оценивать судом всю совокупность обстоятельств, связанных с реальным возвратом арендуемого имущества, исходя из объективных возможностей арендатора это выполнить.#

Также заявитель оспаривает конституционность пункта 3 статьи 11 и пункта 4 статьи 17 Федерального закона от 29 октября 1998 года № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» о праве лизингодателя на распоряжение предметом лизинга и возврате предмета лизинга лизингодателю при#

прекращении договора лизинга. Как полагает заявитель, данные законоположения противоречат статьям 34, 35 и 118 Конституции Российской Федерации, поскольку при рассмотрении спора об изъятии лизингодателем предмета лизинга из владения и пользования лизингополучателя они не обязывают лизингодателя доказывать факт реальности владения лизингополучателем предметом лизинга, а суд – устанавливать данный факт, а также позволяют суду не давать правовую оценку обстоятельствам, связанным с незаконной сменой единоличного исполнительного органа лизингополучателя.#

Кроме того, заявитель просит признать не соответствующей статьям 19 (часть 1) и 46 Конституции Российской Федерации часть 2 статьи 71 АПК Российской Федерации об оценке доказательств, поскольку она позволяет арбитражному суду произвольно оценивать обстоятельства, установленные в рамках уголовного расследования, и не признавать их как обстоятельства, имеющие правовое значение для рассматриваемого гражданско-правового спора.#

В соответствии с частью первой статьи 622 ГК Российской Федерации при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Аналогичная норма, касающаяся договора лизинга, содержится в пункте 4 статьи 17 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)».#

Данные законоположения, равно как и норма пункта 3 статьи 11 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» о праве лизингодателя изъять предмет лизинга из владения и пользования у лизингополучателя в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации и договором лизинга,#

направлены на обеспечение баланса интересов сторон договора и стабильности гражданского оборота, а потому не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.#

Что же касается положений статьи 71 АПК Российской Федерации, то, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях (определения от 20 февраля 2014 года № 262- О, от 23 октября 2014 года № 2460-О и др.), предоставление данной статьей судам полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом; гарантией процессуальных прав лиц, участвующих в деле, являются установленные названным Кодексом процедуры проверки судебных постановлений вышестоящими судами и основания для их отмены или изменения.#

Таким образом, часть 2 статьи 71 АПК Российской Федерации также не нарушает конституционные права заявителя.#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 1116-О#