Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию»

Российской Федерации, создает реальную угрозу обороноспособности или безопасности государства, либо общественному порядку, либо здоровью населения, в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, прав и законных интересов других лиц может быть принято решение о нежелательности пребывания (проживания) данного иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных абзацем вторым пункта 3 статьи 11 Федерального закона от 30 марта 1995 года № 38-ФЗ «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧинфекции)».#❝

Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, отказано в удовлетворении административного искового заявления гражданина Украины А.С.Хамулы – супруга заявительницы о признании незаконным распоряжения Министерства юстиции Российской Федерации от 2 февраля 2016 года, которым его пребывание на территории Российской Федерации было признано нежелательным. Суд пришел к выводу, что для вынесения оспариваемого распоряжения имелись достаточные основания, поскольку А.С.Хамула имеет непогашенную судимость, привлекался к уголовной ответственности за совершение тяжкого преступления, предусмотренного частью четвертой статьи 159 «Мошенничество» УК Российской Федерации, за которое ему было назначено наказание в виде четырех лет лишения свободы (был освобожден от отбывания наказания условно-досрочно), что в совокупности создает реальную угрозу общественному порядку, правам и законным интересам граждан Российской Федерации. Суд апелляционной инстанции также отметил, что само по себе наличие у А.С.Хамулы супруги – гражданки Российской Федерации, проживающей в Российской Федерации, не может быть расценено как достаточное доказательство несоразмерного вмешательства государства в личную и семейную жизнь заявителя, доказательств же наличия каких-либо исключительных объективных#❝

обстоятельств личного характера, которые подтверждали бы чрезмерное и неоправданное вмешательство в личную и семейную жизнь заявителя, в материалах дела не имеется.#❝

По мнению заявительницы, оспариваемое законоположение противоречит статьям 21, 23, 27, 38, 55 и 62 Конституции Российской Федерации, поскольку позволяет принимать в отношении иностранного гражданина, члены семьи которого – граждане Российской Федерации постоянно проживают на территории Российской Федерации, решение о нежелательности его проживания в Российской Федерации после отбытия им наказания за совершение преступления в связи с наличием у него непогашенной судимости и тем самым нарушает как его конституционные права, так и права членов его семьи – граждан Российской Федерации.#❝

Часть четвертая статьи 2510 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» предусматривает возможность признания пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранного гражданина или лица без гражданства, законно находящегося в Российской Федерации, нежелательным, если пребывание (проживание) иностранного гражданина создает реальную угрозу, в частности, безопасности государства, общественному порядку либо здоровью населения, что влечет за собой обязанность такого лица выехать из Российской Федерации (часть пятая данной статьи).#❝

Такое законодательное регулирование, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, согласуется с закрепленным в Конституции Российской Федерации принципом, в соответствии с которым права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55,#❝

часть 3), а также не противоречит общепризнанным принципам и нормам международного права и международным договорам Российской Федерации (статья 15, часть 4), в частности Декларации о правах человека в отношении лиц, не являющихся гражданами страны, в которой они проживают (принята Генеральной Ассамблеей ООН 13 декабря 1985 года), подтверждающей право любого государства принимать законы и правила, касающиеся въезда иностранцев и условий их пребывания, или устанавливать различия между его гражданами и иностранцами (пункт 1 статьи 2), и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (постановления от 12 марта 2015 года № 4- П и от 20 октября 2016 года № 20-П; определения от 4 июня 2013 года № 902-О и от 28 января 2016 года № 99-О).#❝

При этом по смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в Постановлении от 20 октября 2016 года № 20-П и Определении от 19 мая 2009 года № 545-О-О, ограничительные меры, установленные частью четвертой статьи 2510 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию», обращены к правоприменительным органам, прежде всего судам, которые в каждом конкретном случае должны оценивать наличие реально существующих обстоятельств, служащих основанием для отказа в разрешении на въезд в Российскую Федерацию иностранного гражданина или лица без гражданства.#❝

Таким образом, оспариваемые законоположения сами по себе не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявительницы в указанном ею аспекте.#❝

Разрешение же вопроса об обоснованности правоприменительных решений по конкретному делу, как непосредственно связанное с исследованием доказательств и установлением фактических обстоятельств, на основании которых может быть дана оценка тому, создавало ли пребывание супруга заявительницы на территории Российской Федерации реальную угрозу для безопасности государства и общественного порядка,#❝

равно как и установление того, представляет ли на новом этапе его пребывание в Российской Федерации соответствующую угрозу и имеются ли какие-либо исключительные обстоятельства в сфере его семейной жизни, позволяющие пересмотреть принятые в отношении него ограничительные меры, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»).#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 41-О#❝