Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Братковского Андрея Владимировича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 327 Уголовного кодекса Российс…

Вступившим в законную силу приговором районного суда заявитель признан виновным в подделке и сбыте официального документа, предоставляющего права, в целях его использования. Согласно оценке#❝

суда, А.В.Братковский, осуществляя полномочия начальника отделения Государственной инспекции безопасности дорожного движения, изготовил и собственноручно заполнил бланк экзаменационного листа, внеся в него не соответствующие действительности сведения о сдаче гражданином Г. теоретического и практического экзаменов для получения специального права на управление транспортными средствами категории «В», после чего заверил эти сведения своей подписью и оттиском печати возглавляемого подразделения, а гражданин Г. представил данный бланк в экзаменационный отдел Государственной инспекции безопасности дорожного движения и получил водительское удостоверение. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации, с которым не нашел оснований не согласиться заместитель Председателя того же Суда, заявителю отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.#❝

По мнению А.В.Братковского, оспариваемая им норма противоречит статьям 19 (части 1 и 2), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку позволяет привлечь к уголовной ответственности за подделку официальных документов должностное лицо, в служебные полномочия которого входит заполнение и выдача таких документов и действия которого необходимо квалифицировать по статье 292 УК Российской Федерации.#❝

В сфере уголовно-правового регулирования – в силу статьи 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, основанной на принципе nullum crimen, nulla poena sine lege (нет преступления, нет наказания без указания на то в законе), – особое значение приобретает требование определенности правовых норм, поскольку, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, уголовное законодательство является по своей природе крайним (исключительным) средством, с помощью которого#❝

государство реагирует на факты противоправного поведения в целях охраны общественных отношений, если она не может быть обеспечена должным образом с помощью правовых норм иной отраслевой принадлежности. Уголовная ответственность может считаться законно установленной лишь при условии, что она соразмерна характеру и степени общественной опасности криминализируемого противоправного деяния, а его составообразующие признаки, наличие которых в совершенном деянии, будучи основанием уголовной ответственности, позволяет отграничивать его от иных противоправных, а тем более законных деяний, точно и недвусмысленно определены в уголовном законе, непротиворечиво вписывающемся в общую систему правового регулирования (постановления от 27 мая 2008 года № 8-П, от 13 июля 2010 года № 15-П, от 17 июня 2014 года № 18-П, от 16 июля 2015 года № 22-П и др.).#❝

В части первой статьи 327 УК Российской Федерации установлена уголовная ответственность за подделку официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, в целях его использования или сбыт такого документа либо изготовление в тех же целях или сбыт поддельных государственных наград Российской Федерации, РСФСР, СССР, штампов, печатей или бланков. Предусмотрев такую ответственность, федеральный законодатель исходил из того, что эта норма направлена на обеспечение порядка управления (глава 32 данного Кодекса), в том числе в части, касающейся надлежащего оборота документов (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 1380-О).#❝

В свою очередь, в главу 30 УК Российской Федерации, предусматривающую уголовную ответственность за преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления, включена статья 292, определяющая служебный подлог как внесение должностным лицом, а также государственным служащим или муниципальным служащим, не#❝

являющимся должностным лицом, в официальные документы заведомо ложных сведений, а равно внесение в указанные документы исправлений, искажающих их действительное содержание, если эти деяния совершены из корыстной или иной личной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного частью первой статьи 2921 данного Кодекса).#❝

Тем самым разграничение указанных преступлений проводится в том числе по признакам субъекта преступления и мотивам его совершения.#❝

Соответственно, оспариваемая норма, действующая в системе правового регулирования, не содержит неопределенности и не предполагает произвольную оценку деяния лица, а потому не может расцениваться как нарушающая права заявителя в обозначенном им аспекте. Что же касается доводов А.В.Братковского о том, что он привлечен к уголовной ответственности без учета его должностного положения, а также о том, что его деяние подлежало квалификации в соответствии с положениями статьи 292 УК Российской Федерации, то они требуют оценки фактических обстоятельств конкретного дела, что к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации не относится.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 2357-О#❝