Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

401 «Предмет судебного разбирательства в кассационном порядке» и части первой статьи 40115 «Основания отмены или изменения судебного решения при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке» УПК Российской Федерации.#

Заявитель утверждает, что оспариваемые нормы не соответствуют статьям 15 (часть 2), 18, 45, 46 и 55 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют суду первой инстанции устанавливать наличие в деянии признаков состава преступления, предусмотренного пунктом «а» части пятой статьи 290 УК Российской Федерации, при отсутствии в приговоре сведений о совершении должностным лицом действий (бездействия), за которые передавались деньги, а суду, проверяющему судебные решения в кассационном порядке, не оценивать соответствие выводов нижестоящих судов установленным по делу фактическим обстоятельствам, а также не проверять доказанность судом, постановившим приговор, всех фактических признаков объективной стороны получения взятки группой лиц по предварительному сговору или организованной группой.#

По смыслу статьи 54 Конституции Российской Федерации, конкретизирующей общепризнанный правовой принцип nullum crimen, nulla poena sine lege (нет преступления, нет наказания без указания на то в законе), во взаимосвязи с положениями части второй статьи 2 и статьи 3 УК Российской Федерации, частей первой и второй статьи 1, статей 24, 27 и 73 УПК Российской Федерации, нормы уголовного закона служат материальноправовой предпосылкой для уголовно-процессуальной деятельности: подозрение или обвинение в совершении преступления должны основываться лишь на положениях уголовного закона, определяющего преступность деяния, его наказуемость и иные уголовно-правовые#

последствия, закрепляющего все признаки состава преступления, наличие которых в деянии, будучи единственным основанием уголовной ответственности, подлежит установлению только в надлежащем, обязательном для суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, дознавателя и иных участников уголовного судопроизводства процессуальном порядке (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2011 года № 16-П, от 19 ноября 2013 года № 24-П и др.).#

Реализуя эти положения, Уголовный кодекс Российской Федерации устанавливает, что основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного данным Кодексом (статья 8), которые конкретизируются в статьях Особенной части с учетом положений его Общей части.#

Статья 290 УК Российской Федерации предусматривает ответственность за получение должностным лицом, иностранным должностным лицом либо должностным лицом публичной международной организации лично или через посредника взятки в виде денег, ценных бумаг, иного имущества либо в виде незаконных оказания ему услуг имущественного характера, предоставления иных имущественных прав (в том числе когда взятка по указанию должностного лица передается иному физическому или юридическому лицу) за совершение действий (бездействие) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица либо если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям (бездействию), а равно за общее покровительство или попустительство по службе (часть первая), а также закрепляет квалифицирующие признаки состава такого преступления (части вторая – шестая).#

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, положения статьи 290 УК Российской Федерации предусматривают уголовную ответственность за конкретное деяние – получение взятки, которое образует#

состав оконченного преступления независимо от того, имели ли место действия (бездействие) должностного лица в пользу взяткодателя, представляемых им лиц либо общее покровительство, попустительство по службе (определения от 16 февраля 2012 года № 387-О-О, от 28 сентября 2017 года № 2207-О и от 19 декабря 2017 года № 2866-О).#

Аналогичной позиции придерживается и Пленум Верховного Суда Российской Федерации, разъяснивший в постановлении от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», что получение должностным лицом либо лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, ценностей за совершение действий (бездействия), которые входят в его служебные полномочия либо которым оно может способствовать в силу своего должностного положения, а равно за общее покровительство или попустительство по службе следует квалифицировать как получение взятки или коммерческий подкуп вне зависимости от намерения совершить указанные действия (бездействие) (абзац первый пункта 24); совершение должностным лицом или лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, за взятку либо незаконное вознаграждение при коммерческом подкупе действий (бездействие), образующих самостоятельный состав преступления, не охватывается объективной стороной преступлений, предусмотренных статьей 290 и частями пятой – восьмой статьи 204 УК Российской Федерации; в таких случаях содеянное взяткополучателем подлежит квалификации по совокупности преступлений как получение взятки за незаконные действия по службе и по соответствующей статье Особенной части УК Российской Федерации, предусматривающей ответственность за злоупотребление должностными полномочиями, превышение должностных полномочий, служебный подлог, фальсификацию доказательств и т.п. (пункт 22).#

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации закрепляет, в частности, что при производстве по уголовному делу наряду с прочим#

подлежит доказыванию событие преступления, т.е. время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления (пункт 1 части первой статьи 73); приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями данного Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона (статья 297); обвинительный приговор постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств (часть четвертая статьи 302); описательно-мотивировочная часть такого приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства (пункты 1 и 2 статьи 307); неустранимые сомнения в виновности обвиняемого должны толковаться в его пользу (часть третья статьи 14). Приведенные законоположения предполагают осуждение за совершение преступления лишь на основе достаточной совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств и не содержат какойлибо неопределенности (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 30 января 2020 года № 224-О).#

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, является обоснованным установление федеральным законодателем таких процедурных правил – в том числе ограничение предмета судебного разбирательства в кассационном порядке лишь законностью оспариваемых судебных решений (статья 4011 УПК Российской Федерации), – которые исключают возможность злоупотребления процессуальными правами и превращения кассационной процедуры в ординарную судебную инстанцию, не нарушая при этом базовые конституционные принципы справедливости и равенства (определения от 24 июня 2014 года № 1445-О, от 24 марта 2015 года № 584-О, от 19 июля 2016#

года № 1627-О, от 28 марта 2017 года № 538-О, от 27 марта 2018 года № 808- О и др.). При этом согласно правовой позиции, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 11 мая 2005 года № 5-П, круг оснований для пересмотра вступивших в законную силу судебных решений, в силу его исключительного характера, должен быть уже круга оснований, предусмотренных для обжалования судебных решений, не вступивших в законную силу. Так, в силу части первой статьи 40115 УПК Российской Федерации основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Соответственно, кассационные жалоба, представление должны содержать указание на допущенные судами существенные нарушения норм уголовного или уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, с приведением доводов, свидетельствующих о таких нарушениях (пункт 5 части первой статьи 4014 УПК Российской Федерации).#

Кроме того, согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 19 «О применении норм главы 471 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», доводы жалобы, представления на недопустимость доказательства, положенного в основу обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, повлиявшего на выводы суда относительно фактических обстоятельств дела, требуют проверки (абзац второй пункта 16).#

Таким образом, оспариваемые нормы не могут расцениваться как нарушающие права заявителя в обозначенном им аспекте, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской Федерации», не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 1902-О#