Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

А.Н.Гаврилов просит признать противоречащими статье 50 (часть 3) Конституции Российской Федерации и статье 14 Конвенции о защите прав#❝

человека и основных свобод следующие положения Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации:#❝

часть первую статьи 1 «Законы, определяющие порядок уголовного судопроизводства», как позволяющую, по его мнению, правоприменителю не принимать во внимание правовую позицию, сформулированную в решении Конституционного Суда Российской Федерации относительно обстоятельств дела заявителя;#❝

часть первую статьи 4129 «Основания отмены или изменения судебных решений в порядке надзора», поскольку в этой норме отсутствует прямое указание на нарушение положений части первой статьи 237 данного Кодекса как на основание отмены приговора в надзорном порядке, в отличие от производства в судах апелляционной и кассационной инстанций.#❝

Часть первая статьи 1 УПК Российской Федерации, предусматривающая, что порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается данным Кодексом, основанным на Конституции Российской Федерации, не имеет предметом своего регулирования юридическую силу решений Конституционного Суда Российской Федерации и не может расцениваться в качестве нарушающей конституционные права и свободы граждан (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2020 года № 1277-О). Разрешение же вопроса о наличии оснований для применения правовых позиций, сформулированных в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, в деле А.Н.Гаврилова с учетом его обстоятельств, на что, по существу, направлено обращение заявителя в этой части, не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, – оно относится к компетенции судов общей юрисдикции, а обеспечение соблюдения судами правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации – к компетенции вышестоящих судебных инстанций.#❝

Что же касается части первой статьи 412 УПК Российской Федерации, согласно которой основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда в порядке надзора являются в том числе существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход дела, то – как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, в том числе применительно к предшествующему обращению А.Н.Гаврилова, – данное законоположение не содержит неопределенности, исключающей правильное и единообразное применение закона, не нарушает право на судебную защиту и отвечает роли, месту и полномочиям суда как независимого органа правосудия (определения от 23 июня 2015 года № 1334-О, от 26 мая 2016 года № 1118-О, от 26 января 2017 года № 22-О, от 28 сентября 2017 года № 2153-О, от 24 апреля 2018 года № 898-О, от 27 сентября 2018 года № 2103-О, от 28 февраля 2019 года № 524-О, от 18 июля 2019 года № 1856-О, от 23 апреля 2020 года № 1067-О и др.). Кроме того, вопреки требованию части второй статьи 96 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», из представленных материалов не следует, что в передаче надзорной жалобы в защиту интересов заявителя было отказано, поскольку выявление обстоятельств, указанных в части первой статьи 237 УПК Российской Федерации, не входит в закрепленный оспариваемой нормой круг оснований для пересмотра судебных решений в порядке надзора.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 2007-О#❝