статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьей 102 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснением Верховного Суда Российской Федерации

статью 70 «Назначение наказания по совокупности приговоров» УК Российской Федерации, которая, как он полагает, неконституционна, поскольку не предусматривает зачет в окончательное наказание, назначаемое по правилам данной статьи, отбытого по первому приговору суда наказания;#

часть третью1 статьи 72 «Исчисление сроков наказаний и зачет наказания» того же Кодекса, утверждая, что она нарушает его права в той мере, в какой запрещает распространять предусмотренный ею повышенный#

коэффициент на период нахождения лица в следственном изоляторе в порядке статьи 771 УИК Российской Федерации, если этому лицу не избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу, а также на период содержания в следственном изоляторе после вступления приговора в законную силу;#

статью 102 «Подписка о невыезде и надлежащем поведении» УПК Российской Федерации, которая, как считает заявитель, позволяет содержать лицо под стражей, не изменяя ему меру пресечения на заключение под стражу;#

разъяснение, содержащееся в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 31 июля 2019 года ответах на вопросы, поступившие из судов, по применению положений статьи 72 УК Российской Федерации, а именно в ответе на вопрос 12, дискриминирующем, по мнению В.В.Евсеева, осужденных, находящихся в следственных изоляторах в порядке статьи 771 УИК Российской Федерации, если им не избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу.#

Согласно жалобе и приложенным к ней материалам, постановлением от 2 сентября 2019 года отменено условное осуждение В.В.Евсеева по приговору от 21 марта 2019 года и принято решение о направлении его для отбывания лишения свободы в колонию общего режима; в связи с уклонением осужденного от отбывания наказания он был задержан и начал отбывать наказание только 3 октября 2019 года. До 21 января 2020 года осужденный оставлен в следственном изоляторе для участия в следственных действиях и судебном разбирательстве по уголовному делу о другом преступлении, совершенном в период испытательного срока; при этом дополнительно избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Приговором от 21 января 2020 года (с учетом изменений, внесенных кассационным определением от 25 августа 2020 года) В.В.Евсеев признан виновным в совершении указанного преступления, к вновь назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по предыдущему приговору.#

Конституция Российской Федерации, закрепляя в статье 22 право каждого на свободу и личную неприкосновенность, вводит единые гарантии этого права при заключении под стражу и содержании под стражей и при лишении свободы (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 февраля 2003 года № 1-П). Соответственно, в основе зачета в срок наказания периода, в течение которого лицо подвергается изоляции от общества, лежит сопоставление характера применяемых при этом уголовноправовых или уголовно-процессуальных ограничений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2018 года № 212-О, от 17 июля 2018 года № 2030-О и от 27 сентября 2018 года № 2140-О).#

При необходимости участия в следственных действиях или судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого осужденные к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьме могут быть оставлены в следственном изоляторе либо переведены в следственный изолятор из названных исправительных учреждений на основании статьи 771 УИК Российской Федерации. Сам факт оставления осужденных к лишению свободы в следственном изоляторе либо их перевод туда для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве не меняет и не может менять основания и условия исполнения наказания, определенные вступившим в силу приговором суда, и обусловленное приговором правовое положение лица как осужденного. В этой связи, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в случаях привлечения осужденных к лишению свободы к участию в следственных действиях или судебном разбирательстве они содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103- ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», и на условиях отбывания ими наказания в исправительном#

учреждении, определенном приговором суда (часть третья статьи 77 УИК Российской Федерации) (определения от 25 апреля 2019 года № 1165-О, от 25 июня 2019 года № 1805-О и от 24 октября 2019 года № 2718-О). Тем самым такие лица сохраняют свой статус осужденных к лишению свободы с присущими этому статусу правами и обязанностями, закрепленными уголовно-исполнительным законом. Следовательно, соответствующий период входит в отбываемый таким осужденным срок лишения свободы и, вопреки позиции В.В.Евсеева, не предполагает применения к нему меры уголовно-процессуального пресечения в виде заключения под стражу, а потому к нему неприменимы и положения части третьей1 статьи 72 УК Российской Федерации.#

Что же касается статьи 102 УПК Российской Федерации, регламентирующей меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, то эта мера не влечет ограничений, соизмеримых с таким уголовным наказанием, как лишение свободы (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2018 года № 3401-О и от 26 марта 2020 года № 755-О).#

В свою очередь, часть первая статьи 70 УК Российской Федерации, регулирующей назначение наказания по совокупности приговоров, прямо устанавливает, что к наказанию, назначенному по последнему приговору суда, частично или полностью присоединяется лишь неотбытая часть наказания по предыдущему приговору суда. Указанная норма основывается на конституционных принципах справедливости и соразмерности ответственности защищаемым уголовным законом ценностям и предполагает дифференциацию публично-правовой ответственности с учетом наказания, которое ранее было назначено приговором суда, но не исполнено (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 февраля 2012 года № 298-О-О, от 22 ноября 2012 года № 2037-О и от 29 сентября 2015 года № 1962-О). При этом согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания»#

при решении вопроса о назначении наказания по совокупности приговоров следует выяснять, какая часть основного или дополнительного наказания реально не отбыта лицом по предыдущему приговору на момент постановления приговора, и указать это во вводной части приговора; в случае совершения нового преступления лицом, отбывающим наказание в виде лишения свободы, неотбытой частью наказания следует считать срок, оставшийся на момент избрания меры пресечения в виде содержания под стражей за вновь совершенное преступление; если указанная мера пресечения не избиралась, неотбытой частью наказания является срок, оставшийся ко времени постановления последнего приговора (пункт 55) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июля 2016 года № 1702-О и от 27 сентября 2019 года № 2354-О).#

Таким образом, оспариваемые законоположения не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в обозначенном им аспекте. Проверка же в порядке конституционного судопроизводства разъяснения, содержащегося в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ответах на вопросы, поступившие из судов, по применению положений статьи 72 УК Российской Федерации, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 1 и 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой, а также поскольку разрешение поставленного в ней вопроса Конституционному Суду Российской Федерации не подведомственно.#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 3085-О#