об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Петровой Елены Александровны на нарушение ее конституционных прав пунктом 4 статьи 26 Федерального закона «Об особо охраняем…

Как следует из представленных материалов, постановлением Правительства Омской области от 16 мая 2018 года № 130-п в границы#

памятника природы регионального значения включен земельный участок, принадлежащий на праве собственности заявительнице. Решением арбитражного суда с учетом изменений, внесенных постановлением суда апелляционной инстанции, частично удовлетворены исковые требования Е.А.Петровой, в пользу истицы с бюджетного учреждения (осуществляющего согласно уставу мероприятия по охране, воспроизводству и устойчивости животного мира на особо охраняемых территориях) взыскано неосновательное обогащение за пользование указанным земельным участком с 22 февраля 2017 года по 15 мая 2018 года. Это постановление оставлено без изменения судом кассационной инстанции. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации в передаче кассационной жалобы заявительницы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам данного суда отказано.#

Суды отметили, что с 16 мая 2018 года пользование спорным участком осуществляется названным учреждением в соответствии с постановлением Правительства Омской области от 16 мая 2018 года № 130-п, т.е. на законном основании, положения же законодательства о неосновательном обогащении применяются при использовании чужого имущества при отсутствии таких оснований. Правовые последствия и особенности возмещения убытков, связанные с изменением границ зон с особыми условиями использования территорий (к числу которых относится охранная зона особо охраняемой природной территории – памятника природы), установлены статьей 571 Земельного кодекса Российской Федерации. Также суд первой инстанции отметил, что пункт 4 статьи 26 Федерального закона «Об особо охраняемых природных территориях» предоставляет право уполномоченному органу изъять земельный участок, но не возлагает на него такую обязанность.#

По мнению Е.А.Петровой, оспариваемое законоположение не соответствует Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 2, 17 (часть 1), 19 (часть 1), 34, 35 и 55, в той части, в какой оно по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, лишает собственников земельных участков, включенных в состав земель особо#

охраняемых природных территорий, права на получение платы с третьих лиц, использующих эти участки.#

Конституция Российской Федерации, гарантируя право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1), а также право частной собственности (статья 35), вместе с тем не исключает ограничения данных прав в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3). Вводимые при этом федеральным законом ограничения прав владения, пользования и распоряжения имуществом, свободы предпринимательской деятельности должны быть справедливыми, адекватными и пропорциональными (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 22 июня 2017 года № 16-П, от 5 марта 2019 года № 14-П, от 12 мая 2020 года № 23-П и др.), что предполагает использование законодателем необходимых компенсаторных механизмов, обеспечивающих возмещение гражданам и их объединениям убытков, причиненных такими ограничениями.#

В порядке реализации указанных конституционных положений Гражданский кодекс Российской Федерации и Земельный кодекс Российской Федерации предусматривают различные гарантии, а также способы защиты права собственности в зависимости от характера и степени ограничений, вводимых при правомерном вмешательстве государственных и муниципальных органов, действующих в публичных интересах. В частности, при изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд, включении их в границы зон с особыми условиями использования территорий для собственников предусмотрены соответственно возмещение за изымаемый участок или компенсация убытков, в том числе упущенной#

выгоды (статьи 279–281 ГК Российской Федерации; глава VII и статья 571#

главы VIII Земельного кодекса Российской Федерации). Данные различия носят объективный и справедливый характер и обусловлены, в частности, правовой природой соответствующих отношений. Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 5 марта 2020 года № 11-П, принудительное отчуждение земельного участка для государственных нужд является специальным случаем ограничения права частной собственности, которое порождает для лица наиболее существенные последствия, поскольку в результате оно утрачивает всю совокупность правомочий, принадлежащих собственнику.#

Таким образом, оспариваемая норма, допускающая изъятие у собственников земельных участков в случае их включения в границы территорий памятников природы, не может расцениваться как нарушающая конституционные права в аспекте, указанном в жалобе, учитывая также, что решение об изъятии земельного участка для государственных нужд не было принято уполномоченным органом, а суды пришли к выводу, что заявительница не лишена возможности требовать возмещения убытков, причиненных ограничениями, введенными в связи с изменением границ памятника природы и его охранной зоны.#

Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, в частности определение того, соответствуют ли фактические ограничения, введенные в отношении использования земельного участка, принадлежащего на праве собственности Е.А.Петровой, нормативно установленным для охранной зоны соответствующего памятника природы, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относятся.#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального#

конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 579-О#