Налогового кодекса Российской Федерации

штрафа в размере 250 000 рублей, от которого он был освобожден ввиду истечения срока давности уголовного преследования.#❝

Как установил суд, заявитель, занимая должность генерального директора юридического лица и будучи ответственным за организацию бухгалтерского учета и соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, ведения учета доходов, расходов и объектов налогообложения, а также за предоставление в налоговые органы достоверных сведений, в целях уклонения от уплаты налога на добавленную стоимость в период с 1 января 2018 года по 16 сентября 2019 года подыскал фиктивные договоры на оказание услуг, товарно-транспортные накладные, акты выполненных работ, счета-фактуры и иные документы со сведениями о якобы осуществленных субподрядных работах и поставках товарноматериальных ценностей и отразил полученные сведения в бухгалтерском учете возглавляемой им организации, подготовив и подав в налоговый орган налоговые декларации с внесенными заведомо ложными сведениями о взаимоотношениях с контрагентами, в действительности реальной финансово-хозяйственной деятельности не осуществлявших и зарегистрированных без цели ведения предпринимательской деятельности, в результате чего умышленно не исчислил и не уплатил в бюджет налог на добавленную стоимость на сумму 21 469 165 рублей 55 копеек, что в соответствии с примечанием к статье 199 УК Российской Федерации является крупным размером.#❝

Указанный приговор в части квалификации содеянного и наказания оставлен без изменения вышестоящими судебными инстанциями (апелляционное постановление; постановление кассационного суда общей юрисдикции; постановление Верховного Суда Российской Федерации об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции; письмо заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации).#❝

В данной связи заявитель просит признать не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 1 (часть 1), 2, 6 (часть 2), 8,#❝

15 (части 1, 2 и 4), 17 (часть 1), 18, 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35, 45, 46, 55 и 57, следующие законоположения:#❝

статью 199 УК Российской Федерации во взаимосвязи с пунктами 3, 4 части первой статьи 220 «Обвинительное заключение», частью четвертой статьи 302 «Виды приговоров» и статьей 307 «Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора» УПК Российской Федерации, как позволяющие, по его утверждению, выносить обвинительный приговор в отношении директора юридического лица при отсутствии ненормативного акта налогового органа, предусмотренного подпунктом 1 пункта 7 статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации (т.е. по вопросу о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения);#❝

статью 56 «Свидетель», часть первую статьи 88 «Правила оценки доказательств», статьи 89 «Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности», 142 «Явка с повинной» УПК Российской Федерации и пункт 2 статьи 931 «Истребование документов (информации) о налогоплательщике, плательщике сборов, плательщике страховых взносов и налоговом агенте или информации о конкретных сделках» Налогового кодекса Российской Федерации в той мере, в какой они в своей взаимосвязи позволяют признавать в качестве надлежащих доказательств по уголовному делу показания свидетелей, признавшихся в совершении преступления при регистрации в качестве субъекта предпринимательства и открытии банковских счетов, без оформления этих сведений посредством явки с повинной, без наделения указанных лиц соответствующим процессуальным статусом и составления процессуальных документов, а также материалы контрольных мероприятий налоговых органов, которые впоследствии не являлись основанием для назначения выездной налоговой проверки.#❝

Конституционный Суд Российской Федерации ранее отмечал, что в случае выявления налоговым органом в ходе налоговой проверки недобросовестных действий налогоплательщика по заявлению к вычету сумм налога на добавленную стоимость и созданию оснований для возмещения налога, включая признаки формального документооборота (без реального исполнения заключенных договоров) между налогоплательщиком и его контрагентом, не ведущим реальной предпринимательской деятельности (например, не имеющим соответствующих ресурсов для осуществления поставок), повлекших возникновение недоимки за соответствующий налоговый период, создаются предпосылки для привлечения налогоплательщика к налоговой и уголовной ответственности (пункт 8 статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации), допустимых только при наличии соответствующего состава налогового правонарушения или преступления. В частности, налогоплательщик, а также его должностные лица, допустившие неуплату (неполную уплату) сумм налога в связи с необоснованным применением налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, при наличии достаточных оснований несут ответственность, предусмотренную статьями 122, 1293 и 1295 Налогового кодекса Российской Федерации, а также в соответствии со статьями 198 и 199 УК Российской Федерации, которые предусматривают ответственность только при умышленной форме вины и не включают в признаки состава преступления неосторожность (Определение от 30 марта 2023 года № 542-О).#❝

При этом статья 931 Налогового кодекса Российской Федерации лишь закрепляет отдельные полномочия налогового органа в рамках осуществления им налогового контроля и непосредственно не регламентирует вопросов привлечения к уголовной ответственности.#❝

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации применительно к действовавшему ранее порядку возбуждения уголовных дел о налоговых преступлениях, которые являются наиболее опасными из всех нарушений законодательства о налогах и сборах и совершение которых, как правило, сопровождают умышленные действия по сокрытию содеянного и#❝

лиц, к ним причастных, он предполагал возможность незамедлительного возбуждения уголовного дела для фиксации в неотложном порядке следов преступления под угрозой утраты доказательств, не предусматривал сообщение налогового органа в качестве обязательного повода для данного процессуального решения. Различные процессуальные механизмы выявления налоговых правонарушений, нарушений законодательства о налогах и сборах, содержащих признаки административного правонарушения или преступления, не дают оснований считать соответствующие процедурные правила противоречащими конституционным требованиям справедливости, определенности и необходимости (Определение от 27 сентября 2016 года № 2153-О).#❝

Оспариваемые же заявителем положения статей 56, 88, 89, 142, 220, 302 и 307 УПК Российской Федерации – закрепляющие процессуальный статус свидетеля в уголовном судопроизводстве, порядок доказывания по уголовным делам, понятие и порядок оформления явки с повинной, а также содержание обвинительного заключения и обвинительного приговора, – направлены не на ограничение прав участников уголовного судопроизводства, а, напротив, служат гарантией принятия законного и обоснованного решения по уголовному делу и не содержат какой-либо неопределенности, допускающей их произвольное толкование и применение.#❝

Как следует из жалобы, приведенные Д.В.Кукушкиным доводы, а также заявленные им требования свидетельствуют о том, что он, по существу, утверждает о нарушении порядка возбуждения, расследования и рассмотрения уголовного дела в его отношении, о недопустимости использования конкретных доказательств, а также об ошибочной юридической оценке инкриминированного ему деяния, в то время как в представленных с жалобой судебных решениях содержится вывод о том, что таких нарушений не допущено. Тем самым заявитель, по сути, предлагает Конституционному Суду Российской Федерации проверить не содержание оспариваемых норм, а обоснованность конкретных правоприменительных решений по его делу с учетом его фактических обстоятельств, что, однако, к#❝

компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 2692-О#❝