Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Штельваг Анастасии Николаевны на нарушение ее конституционных прав пунктом 7 части второй статьи 16 и частью третьей статьи…

уничтожить адресованную ей лицом, содержащимся под стражей, корреспонденцию, не прошедшую цензуру, установив в отношении заявительницы ограничения, не предусмотренные федеральным законом, а также нарушив ее право на судебную защиту.#❝

Как следует из представленных материалов, заявительница обращалась в суд с административными исками к следственному изолятору, где находился гражданин И., с которым она вела систематическую переписку. А.Н.Штельваг просила признать незаконными действия администрации следственного изолятора, а именно цензуру корреспонденции, а также уничтожение направленных ей И. писем, не прошедших такую цензуру. Однако исковые требования были оставлены судом без удовлетворения, с чем согласились вышестоящие суды.#❝

Федеральный закон «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» устанавливает, что подозреваемые и обвиняемые имеют право вести переписку с родственниками и иными лицами без ограничения числа получаемых и отправляемых телеграмм и писем (пункт 8 части первой статьи 17 и часть первая статьи 20). При этом установление права на ведение переписки не предполагает возможность произвольного и неограниченного выбора подозреваемым или обвиняемым средств и способов его реализации.#❝

Так, порядок получения и отправления подозреваемыми и обвиняемыми телеграмм, писем, денежных переводов устанавливается правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (пункт 7 части второй статьи 16 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»). В силу же статьи 20 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» переписка подозреваемых и обвиняемых осуществляется только через администрацию#❝

места содержания под стражей и подвергается цензуре; цензура осуществляется администрацией места содержания под стражей, а в случае необходимости лицом или органом, в производстве которых находится уголовное дело; порядок осуществления цензуры администрацией следственного изолятора определяется соответственно федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, и федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности (часть вторая); письма, содержащие сведения, которые могут помешать установлению истины по уголовному делу или способствовать совершению преступления, выполненные тайнописью, шифром, содержащие государственную или иную охраняемую законом тайну, адресату не отправляются, подозреваемым и обвиняемым не вручаются и передаются лицу или органу, в производстве которых находится уголовное дело (часть третья).#❝

Приведенные ограничения обусловлены режимом содержания под стражей, обеспечивающим безопасность следственного изолятора, соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовнопроцессуальным кодексом Российской Федерации, включая предотвращение преступлений, передачи сведений, могущих помешать установлению истины по уголовному делу или способствовать совершению преступления, недопущение угроз свидетелю, другим участникам уголовного судопроизводства, уничтожения доказательств, воспрепятствования иным путем производству по уголовному делу (часть первая статьи 15 и статья 32 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», часть первая статьи 97 и статья 108 УПК Российской Федерации), а потому такое регулирование преследует конституционно значимые цели.#❝

Как следует из жалобы, поставив вопрос о конституционности положений статей 16 и 20 Федерального закона «О содержании под стражей#❝

подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», А.Н.Штельваг, в частности, утверждает, что в ее деле был применен неопубликованный ведомственный акт, на основании которого была уничтожена направленная ей корреспонденция, что не предусмотрено действующим законодательством; ей было отказано в судебной защите, поскольку установить содержание писем стало невозможным и применение приказа Минюста России от 16 августа 2006 года № 264-дсп, положения которого адресованы лицу, находящемуся под стражей, по мнению судов, не затрагивает права заявительницы. Тем самым заявительница, по существу, предлагает Конституционному Суду Российской Федерации не оценить содержание оспариваемых ею положений, а проверить законность и обоснованность конкретных правоприменительных действий и решений с учетом обстоятельств ее дела. Между тем разрешение такого рода вопросов не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Соответственно, жалоба заявительницы, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской Федерации», не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 920-О#❝