об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Милованова Андрея Андреевича на нарушение его конституционных прав рядом нормативных положений

статей 16 «Возмещение убытков, причиненных государственными органами и органами местного самоуправления», 196 «Общий срок исковой давности», 200 «Начало течения срока исковой давности», 279 «Выкуп земельного участка для государственных и муниципальных нужд» (в редакции Федерального закона от 26 июня 2007 года № 118-ФЗ), 280 «Права собственника земельного участка, подлежащего изъятию для#

государственных или муниципальных нужд» (в редакции Федерального закона от 26 июня 2007 года № 118-ФЗ), 281 «Выкупная цена земельного участка, изымаемого для государственных или муниципальных нужд» (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 31 декабря 2014 года № 499-ФЗ), 282 «Выкуп земельного участка для государственных или муниципальных нужд по решению суда» (в редакции Федерального закона от 26 июня 2007 года № 118-ФЗ), 283 «Прекращение прав владения и пользования земельным участком при его изъятии для государственных или муниципальных нужд» (в редакции Федерального закона от 26 июня 2007 года № 118-ФЗ, утратила силу в соответствии с Федеральным законом от 31 декабря 2014 года № 499-ФЗ) ГК Российской Федерации;#

статьи 32 «Обеспечение жилищных прав собственника жилого помещения при изъятии земельного участка для государственных или муниципальных нужд» Жилищного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 31 декабря 2014 года № 499-ФЗ);#

статей 49 «Изъятие, в том числе путем выкупа, земельных участков для государственных или муниципальных нужд» (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 31 декабря 2014 года № 499-ФЗ) и 55 «Условия и порядок изъятия земельных участков для государственных или муниципальных нужд» (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 31 декабря 2014 года № 499-ФЗ, которым данная норма признана утратившей силу) Земельного кодекса Российской Федерации.#

По мнению заявителя, оспариваемые нормы противоречат статьям 2, 17 (части 1 и 2), 18, 19 (часть 1), 25, 35 (части 1–3), 40 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1) и 53 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают изъятие собственности для государственных и муниципальных нужд без предварительного и равноценного возмещения и позволяют применять сроки#

исковой давности к требованиям, касающимся взыскания компенсации за изъятое для таких нужд имущество.#

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что регулирование сроков для обращения в суд, включая их изменение и отмену, относится к компетенции законодателя (Постановление от 15 февраля 2016 года № 3-П; определения от 3 октября 2006 года № 439-О, от 28 декабря 2021 года № 2884-О и др.); данный вывод в полной мере распространяется и на гражданско-правовой институт исковой давности (определения от 22 апреля 2014 года № 752-О, от 28 марта 2024 года № 709- О и др.).#

Это означает, что законодатель в пределах своих дискреционных полномочий вправе не только устанавливать, изменять и отменять сроки исковой давности в зависимости от целей правового регулирования и производить их дифференциацию при наличии к тому объективных и разумных оснований, но и определять порядок их течения во времени, момент начала и окончания, с тем чтобы обеспечить реальную возможность исковой защиты права, стабильность, определенность и предсказуемость правового статуса субъектов гражданских правоотношений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2022 года № 2473-О, от 27 июня 2023 года № 1646-О и др.).#

Кроме того, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 ГК Российской Федерации), момента начала течения такого срока (статья 200 того же Кодекса) и последствий его пропуска, обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота и не может расцениваться как нарушающее какие-либо конституционные права (определения от 24 сентября 2012 года № 1779-О, от 29 мая 2019 года №#

1375-О и др.), в том числе во взаимосвязи с установленным законодателем в пределах его дискреции перечнем требований, на которые не распространяется исковая давность (определения от 29 октября 2020 года № 2499-О и от 27 октября 2022 года № 2849-О).#

Таким образом, оспариваемые заявителем нормы, регулирующие сроки исковой давности, не могут расцениваться в качестве нарушающих в обозначенном в жалобе аспекте его конституционные права.#

Что касается иных оспариваемых норм права, то они, не выступив основанием отказа в удовлетворении иска, также не нарушают конституционных прав А.А.Милованова, доводы которого в этой части свидетельствуют о том, что нарушение своих конституционных прав он связывает не с содержанием этих положений, а с выводами судов, к которым они пришли в результате рассмотрения его конкретного дела.#

Установление же и оценка фактических обстоятельств, имеющих значение для разрешения конкретного дела с участием А.А.Милованова, проверка правильности выбора правовых норм и их применения судами, равно как и внесение изменений в закон в части расширения перечня требований, на которые не распространяется исковая давность, на что фактически также направлены доводы жалобы, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относятся.#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 1475-О#