по жалобе гражданина Владимирцева Александра Ивановича на нарушение его конституционных прав частями шестой и восьмой статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федер…
Определение КС РФ от 12.07.2006 № 378-О «по жалобе гражданина Владимирцева Александра Ивановича на нарушение его конституционных прав частями шестой и восьмой статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации»
Текст — по данным сайта Верховного Суда РФ (vsrf.ru).
ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ по жалобе гражданина Владимирцева Александра Ивановича на нарушение его конституционных прав частями шестой и восьмой статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации
город Москва 12 июля 2006 года
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, А.Л.Кононова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, А.Я.Сливы, О.С.Хохряковой, Б.С.Эбзеева, В.Г.Ярославцева, заслушав в пленарном заседании заключение судьи Н.В.Селезнева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина А.И.Владимирцева,
установил:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.И.Владимирцев оспаривает конституционность положений статьи 82 УИК Российской Федерации, согласно которым администрация исправительного учреждения наделяется правами производить досмотры, обыски осужденных и помещений, в которых они проживают, их вещей, посылок и передач, а также изымать запрещенные вещи, предметы и документы, перечень которых устанавливается законодательством Российской Федерации и Правилами внутреннего распорядка#
исправительных учреждений (часть шестая), а перечень вещей и предметов, которые осужденным запрещается иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать, устанавливается Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений (часть восьмая).#
Как следует из представленных материалов, А.И.Владимирцев, отбывающий назначенное ему по приговору Симоновского межмуниципального суда города Москвы от 27 сентября 2000 года наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима, в октябре 2005 года обратился к администрации колонии с просьбой получить через комнату передач сахар, калькулятор и персональный компьютер, однако в удовлетворении этой просьбы ему было отказано со ссылкой на часть восьмую статьи 82 УИК Российской Федерации, а также на Перечень вещей и предметов, продуктов питания, которые осужденным запрещается иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать (приложение № 1 к Правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений в редакции приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 3 декабря 2004 года № 189).#
По мнению заявителя, части шестая и восьмая статьи 82 УИК Российской Федерации, наделяющие Министерство юстиции Российской Федерации правом по своему усмотрению и не на основании закона определять степень, характер и объем ограничений конституционных прав и свобод, противоречат положениям статей 15 (часть 4), 19 (часть 1), 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (преамбула, статья 8), гарантирующим права на уважение частной жизни и на владение, пользование и распоряжение своим имуществом.#
2. Статья 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина как средство защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Это, в частности, обусловливает#
применение к совершившим преступления лицам уголовных наказаний, в том числе в виде лишения свободы, особенность исполнения которых связана с тем, что осужденные ограничиваются в своих правах и свободах и на них возлагаются определенные обязанности.#
2.1. Конституция Российской Федерации, относя принятие уголовного и уголовно-исполнительного законодательства к ведению Российской Федерации (статья 71, пункт «о»), наделила федерального законодателя полномочием предусматривать меры государственного принуждения в отношении лиц, совершивших преступления, осужденных и подвергаемых по приговору суда наказанию, существо которого, как следует из части первой статьи 43 УК Российской Федерации, состоит в предусмотренных данным Кодексом лишении или ограничении прав и свобод.#
Применение к лицу, совершившему противоправное деяние, такого наказания, как лишение свободы, рассчитано на изменение привычного уклада его жизни, отношений с окружающими и предполагает определенное морально-психологическое воздействие, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности. Устанавливая в законе меры уголовного наказания с различным комплексом ограничений, дифференцируемых в зависимости в первую очередь от тяжести назначенного судом наказания, соответствующего характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, а также порядок исполнения наказания, федеральный законодатель в отношении осужденных определяет изъятия из прав и свобод в сравнении с остальными гражданами, обусловленные в том числе специальным режимом мест лишения свободы.#
Так, статьей 82 УИК Российской Федерации лицам, отбывающим наказание в виде лишения свободы, – исходя из условий отбывания данного вида наказания, – запрещается иметь при себе вещи, предметы и продукты питания, перечень которых содержится в утверждаемых Министерством юстиции Российской Федерации по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации Правилах внутреннего распорядка#
исправительных учреждений. Предусматривая в частях третьей и восьмой статьи 82 УИК Российской Федерации правомочие Министерства юстиции Российской Федерации определять в Правилах внутреннего распорядка исправительных учреждений перечень подлежащих изъятию вещей и предметов, которые осужденным запрещается иметь при себе, федеральный законодатель действовал в пределах своей компетенции, закрепленной Конституцией Российской Федерации.#
2.2. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной им в Определении от 21 апреля 2005 года № 122-О по жалобе гражданина Н.В.Ионова, сам по себе бланкетный характер нормы еще не свидетельствует о ее неконституционности, – конституционно-правовой смысл таких предписаний выявляется исходя из их оценки в системе действующих правовых актов.#
Бланкетный характер частей шестой и восьмой статьи 82 УИК Российской Федерации обусловлен интересами обеспечения стабильности установленного им регулирования, поскольку дать в законе перечень вещей и предметов, которые осужденные не вправе иметь при себе, невозможно в силу их объективно изменяющихся ассортимента, характеристик и значения. При этом часть восьмая данной статьи допускает осуществление Министерством юстиции Российской Федерации лишь вторичного нормативного регулирования – на основе и во исполнение специальных предписаний Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, который предусматривает возможность ограничения права осужденных приобретать имущество и использовать его.#
То обстоятельство, что перечень вещей, предметов и продуктов, не подлежащих использованию осужденными, дается не в самом федеральном законе, а в подзаконном нормативном правовом акте, не свидетельствует о неконституционности соответствующего правового регулирования, поскольку подзаконный акт лишь конкретизирует закрепленное на законодательном уровне правоограничение. Полномочие Министерства юстиции Российской Федерации на основании и во исполнение федеральных#
законов принимать нормативные правовые акты по вопросам своей деятельности (подпункт 3 пункта 7), к которым согласно части третьей статьи 82 УИК Российской Федерации относятся и Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, предусмотрено Положением о Министерстве юстиции Российской Федерации (утверждено Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1313).#
2.3. Таким образом, части шестая и восьмая статьи 82 УИК Российской Федерации и утвержденные Министерством юстиции Российской Федерации Правила составляют единый комплекс норм, юридическая сила которых реализуется только путем их применения в совокупности. Нормативное единство указанных положений позволяет считать, что само по себе наделение Министерства юстиции Российской Федерации правом утверждения Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений не способно повлечь избыточное ограничение прав и свобод осужденных и не противоречит требованиям Конституции Российской Федерации о допустимости ограничений прав и свобод только на основе федерального закона и только в конституционно одобряемых целях.#
3. По смыслу статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, статей 2, 6, 7, 56, 58 УК Российской Федерации, статей 299, 302, 307, 398 УПК Российской Федерации, статей 1, 10, 11, 12 и 82 УИК Российской Федерации и согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, закрепленным, в частности, во Всеобщей декларации прав человека (пункт 2 статьи 29), Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 2 статьи 8) и Минимальных стандартных правилах обращения с заключенными, утвержденных Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями 30 августа 1955 года (пункт 43), исходные положения, которыми определяются допустимые ограничения прав осужденных, должны возможно более полно и развернуто устанавливаться именно на законодательном уровне.#
Предусматривая меры уголовного наказания с различным объемом ограничений, а также определяя порядок отбывания наказания, законодатель#
должен исходить из того, что изъятия из общих прав и свобод граждан могут быть обусловлены в отношении осужденных исключительно совершенными ими преступлениями и возможны лишь при наличии соответствующих оснований, связанных с условиями отбывания наказаний.#
Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 19 марта 2003 года № 3-П по делу о проверке конституционности положений Уголовного кодекса Российской Федерации, регламентирующих правовые последствия судимости лица, неоднократности и рецидива преступлений, а также пунктов 1–8 постановления Государственной Думы «Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941– 1945 годов» указал, что законодательное установление уголовной ответственности и наказания не должно осуществляться без учета личности виновного и иных обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование и способствующих адекватной оценке общественной опасности как самого преступного деяния, так и обстоятельств, характеризующих личность совершившего преступление, поскольку иное противоречило бы конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации принципам справедливости и гуманизма.#
Данная правовая позиция касается также связанной с исполнением наказания деятельности судов и иных правоприменительных органов. Соответственно, федеральный законодатель, предоставляя Министерству юстиции Российской Федерации полномочие устанавливать перечень вещей и предметов, которые осужденным запрещено иметь при себе, получать в посылках и приобретать, должен с учетом приведенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации определить критерии принятия им решений по этому вопросу. В частности, установление запрета на приобретение, получение, хранение осужденными тех или иных вещей, предметов или продуктов возможно, лишь если это необходимо для защиты конституционно охраняемых ценностей в демократическом обществе – в интересах национальной безопасности и общественного спокойствия, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения#
беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации; пункт 2 статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод). При его установлении не могут не приниматься во внимание режим и условия исправительного учреждения, объективные характеристики тех или иных предметов, на которые распространяется запрет, и возможность их ненадлежащего использования в условиях исправительного учреждения.#
Во всяком случае устанавливаемые в нормативных правовых актах запреты, которые носят произвольный или дискриминационный характер и выходят за пределы ограничений, допустимых с точки зрения принципов и требований конституционного и уголовно-исполнительного законодательства, могут быть обжалованы в судебном порядке. Аналогичным образом могут быть обжалованы решения и действия администрации исправительного учреждения в суд общей юрисдикции, который проверяет законность и обоснованность примененных в отношении осужденного мер.#
4. Таким образом, часть восьмая статьи 82 УИК Российской Федерации не предполагает произвольное ограничение права осужденного иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать определенные вещи, предметы или продукты и не лишает его права обжаловать в судебном порядке как установление в подзаконных нормативных правовых актах запрета на приобретение или использование тех или иных вещей, предметов или продуктов, так и применение этого запрета в отношении него. Вместе с тем законодатель вправе избрать иной подход к регламентации соответствующего запрета, в том числе при установлении исходных положений, которыми определяются допустимые ограничения прав осужденных.#
Следовательно, жалоба А.И.Владимирцева в части, касающейся проверки конституционности части восьмой статьи 82 УИК Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению, как не отвечающая критерию допустимости в#
соответствии с требованиями статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#
Что касается части шестой статьи 82 УИК Российской Федерации, то заявитель не представил какие-либо документы, подтверждающие проведение в отношении него досмотров, в ходе которых изымались бы те или иные запрещенные к хранению вещи и предметы, т.е. применение оспариваемой нормы в его деле, как того требуют статья 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации и часть третья статьи 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», а потому его жалоба и в этой части не может быть принята к рассмотрению Конституционным Судом Российской Федерации.#
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#
определил:#
1. Часть восьмая статьи 82 УИК Российской Федерации не предполагает произвольное ограничение права осужденного иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать определенные вещи, предметы или продукты и не лишает его права обжаловать в судебном порядке как установление в подзаконных нормативных правовых актах запрета на приобретение или использование тех или иных вещей, предметов или продуктов, так и применение этого запрета в отношении него.#
2. В силу статьи 6 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» конституционно-правовой смысл части восьмой статьи 82 УИК Российской Федерации, выявленный Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Определении на основе правовых позиций, изложенных им в сохраняющих свою силу решениях, является общеобязательным и исключает любое иное ее истолкование в правоприменительной практике.#
3. Признать жалобу гражданина Владимирцева Александра Ивановича не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного в ней вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.#
4. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.#