Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

Заявитель утверждает, что статья 4016 «Поворот к худшему при пересмотре приговора, определения, постановления суда в кассационной#

инстанции» УПК Российской Федерации противоречит статьям 15 (часть 4), 17 (часть 1), 19 (часть 1) и 35 (часть 1) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она вследствие своей неопределенности не позволяет выработать единообразный подход к вопросу о том, допускается ли – как ухудшающий положение осужденного – пересмотр в кассационном порядке приговора суда в части отказа в удовлетворении гражданского иска в уголовном деле по истечении годичного срока со дня вступления данного приговора в законную силу. При этом В.М.Колобов ссылается на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 7 марта 2017 года № 5-П, по смыслу которого не подлежит отмене в кассационном порядке судебное решение о возвращении владельцу (обвиняемому, подсудимому) ранее конфискованного имущества, принадлежащего ему на законных основаниях, по прошествии одного года со дня вступления такого решения в законную силу.#

Конституция Российской Федерации, провозглашая идею справедливости как основополагающую и гарантируя каждому судебную защиту его прав и свобод на основе равенства перед законом и судом (преамбула; статья 18; статья 19, часть 1; статья 46, часть 1), предполагает исправление судебных ошибок, что вытекает из предназначения правосудия, из необходимости вынесения законных и обоснованных судебных решений. В развитие этих конституционных требований Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в главе 471 закрепляет механизм пересмотра вступивших в законную силу судебных решений в суде кассационной инстанции. В частности, статья 4016 данного Кодекса предусматривает, что пересмотр в кассационном порядке приговора, определения, постановления суда по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, допускается в срок, не превышающий одного года со дня вступления их в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, либо если были#

выявлены данные, свидетельствующие о несоблюдении лицом условий и невыполнении им обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве.#

По смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, указанное ограничение на пересмотр вступивших в законную силу судебных решений распространяется лишь на такие решения, на основании которых определяется уголовно-правовой статус лица как виновного или невиновного в совершении преступления и подлежащего или не подлежащего уголовной ответственности и к этому лицу применяется наказание, а также публично-правовая санкция, структурно обособленная от наказания и выражающаяся, как мера уголовно-правового характера, в возложении на обвиняемого (осужденного) обязанности претерпеть дополнительные, по отношению к наказанию, правоограничения уголовнопревентивного свойства, т.е. по своей конституционно-правовой природе соотносимая по некоторым признакам с наказанием, хотя и не тождественная ему (постановления от 11 мая 2005 года № 5-П и от 7 марта 2017 года № 5-П, Определение от 27 сентября 2018 года № 2190-О).#

В свою очередь, обязательство о возмещении вреда, причиненного личности или имуществу гражданина, а также вреда, причиненного имуществу юридического лица, в полном объеме лицом, причинившим вред, вытекает из требований пункта 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации, не является санкцией со стороны государства за совершение запрещенного уголовным законом деяния, в том числе структурно обособленной от наказания, либо мерой уголовно-правового характера, обязывающей обвиняемого (осужденного) претерпеть дополнительные, по отношению к наказанию, правоограничения, с ним соотносимые.#

При этом решением суда кассационной инстанции об отмене приговора в части гражданского иска с направлением дела для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства не определяется и не изменяется уголовноправовой статус лиц, в отношении которых они приняты, вопрос об обвинении в совершении преступления и назначении наказания не#

разрешается, а значит, сам по себе пересмотр таких решений не может расцениваться как ухудшающий или улучшающий положение этих лиц и, следовательно, как подпадающий под действие статьи 4016 УПК Российской Федерации.#

Кроме того, само по себе исправление судебной ошибки и вынесение справедливого решения по уголовному делу не может расцениваться в качестве нарушения прав (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 апреля 2017 года № 776-О и от 23 ноября 2017 года № 2744- О). Напротив, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, отсутствие возможности пересмотреть ошибочный судебный акт противоречило бы универсальным требованиям эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего критериям справедливости, умаляло бы и ограничивало право на судебную защиту (постановления от 2 февраля 1996 года № 4-П, от 3 февраля 1998 года № 5-П, от 5 февраля 2007 года № 2-П и др.).#

Таким образом, отсутствуют основания утверждать, что статья 4016 УПК Российской Федерации нарушает права В.М.Колобова в обозначенном в его жалобе аспекте, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 2863-О#

Мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации Ю.М.Данилова#

Конституционным Судом Российской Федерации принято Определение об отказе в рассмотрении жалобы гражданина В.М.Колобова на нарушение его конституционных прав статьей 4016 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации как не соответствующей критериям допустимости.#

Как усматривается из представленных материалов, определением суда апелляционной инстанции от 12 октября 2015 года оставлен без изменения постановленный в отношении заявителя приговор, в том числе в части разрешенного гражданского иска. Постановлением суда кассационной инстанции от 26 сентября 2018 года приговор в части гражданского иска отменен с направлением дела для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.#

Содержащиеся в жалобе заявителя указания на то, что статьей 4016 упомянутого Кодекса в ее истолковании судебными инстанциями нарушены его права, отвергнуты Конституционным Судом Российской Федерации, который посчитал, что удовлетворение (в том числе частичное) гражданского иска в уголовном процессе не является ни санкцией со стороны государства, ни иной мерой уголовно-правового характера и, таким образом, на приговор суда в отношении гражданского иска не распространяется установленный оспоренной#

нормой запрет пересмотра этого судебного акта в сторону ухудшения положения осужденного по истечении годичного срока со дня его вступления в силу.#

Полагаю, что с таким выводом, тем более сделанным в режиме отказного определения, согласиться нельзя.#

В свою очередь, статья 4016 данного Кодекса устанавливает, что пересмотр в кассационном порядке приговора по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, допускается в срок, не превышающий одного года со дня вступления приговора в законную силу, да и то лишь в тех случаях, когда в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия.#

Следовательно, запрет поворота к худшему, установленный оспоренной нормой, касается всех разрешенных в приговоре вопросов, в том числе касающихся судьбы гражданского иска. Такой вывод проистекает из буквального толкования закона.#

Выявление же Конституционным Судом Российской Федерации конституционно-правового смысла названной нормы, в том числе с учетом ее места в системе правовых актов, а также смысла, придаваемого ей официальным или иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой, возможно только при рассмотрении жалобы по существу, но никак ни в отказном определении.#

своей сути институтами – сроками для кассационного обжалования состоявшихся судебных решений, касающихся гражданско-правовых споров.#

Как известно, в соответствии с частью второй статьи 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные постановления могут быть обжалованы в суд кассационной инстанции в течение шести месяцев со дня их вступления в законную силу; статья 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации разрешает подачу кассационной жалобы в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного решения.#

Позиция, занятая Конституционным Судом Российской Федерации в Определении по жалобе В.М.Колобова, приведет к тому, что срок для кассационного обжалования приговора в части гражданского иска станет бесконечным. Такая позиция вступает в явное противоречие с принципом правовой определенности, основанной на признании окончательности, неопровержимости, исключительности и общеобязательности вступившего в законную силу судебного акта (res judicata), а потому является ошибочной.#