И пунктом 21 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»

подпункта «ж» пункта 161, согласно которому страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности#❝

гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя) (наличный или безналичный расчет) в случае наличия соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем);#❝

пункта 21, закрепляющего порядок осуществления страхового возмещения, в том числе сроки осуществления страховой выплаты потерпевшему, выдачи ему направления на ремонт транспортного средства или направления мотивированного отказа в страховом возмещении, а также последствия несоблюдения страховщиком указанных сроков, в частности в форме неустойки.#❝

Как следует из представленных материалов, решением арбитражного суда, оставленным без изменения вышестоящими арбитражными судами, отказано в удовлетворении требований общества к страховой организации о взыскании неустойки.#❝

По мнению заявителя, оспариваемые нормы противоречат статьям 19 (часть 1), 46 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают вольную их трактовку в ущерб правам и интересам потерпевших, предоставляют потерпевшим неравный доступ к правосудию, не предусматривая для страховщика, осуществившего компенсацию причиненного ущерба за рамками установленного законом срока урегулирования страхового случая, штрафных санкций.#❝

Оспариваемые положения Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» являются частью механизма защиты прав потерпевших,#❝

направленного на повышение уровня защиты их права на возмещение вреда, а также на обеспечение баланса экономических интересов всех участвующих в страховом правоотношении лиц, и не могут рассматриваться как нарушающие в указанном в жалобе аспекте конституционные права заявителя, в деле с участием которого суды исходили из того, что между истцом и ответчиком было заключено соглашение о выплате страхового возмещения, из которого следует, что истец отказывается от предъявления требований и претензий относительно неустойки, и отклонили довод истца об отсутствии надлежащих доказательств, подтверждающих факт заключения указанного соглашения, указав, что представленная ответчиком копия соглашения заверена надлежащим образом, заявлений о фальсификации данного соглашения истцом не заявлено и что подтверждением заключения спорного соглашения является ссылка истца на него в претензии, направленной ответчику.#❝

Требования заявителя и доводы, приведенные в обоснование его позиции, свидетельствуют о том, что нарушение своих конституционных прав он связывает не с содержанием оспариваемых норм, а с неправильным, по его мнению, их применением арбитражными судами, с актами которых он фактически выражает несогласие.#❝

Между тем установление и оценка фактических обстоятельств, имеющих значение для разрешения конкретного дела с участием общества, в частности факта заключения соглашения о страховой выплате и его условий, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, установленной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относятся.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1648-О#❝