Статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»

пункта 2 части 3 статьи 18 «Формирование состава суда», части 3 статьи 65 «Обязанность доказывания» и части 8 статьи 2916 «Рассмотрение кассационных жалобы, представления в Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации» АПК Российской Федерации;#❝

пункта 1 статьи 9 «Обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд», пункта 1, подпунктов 2, 4, 5 пункта 2,#❝

подпункта 1 пункта 12 статьи 61 «Субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов», пункта 1 статьи 6112 «Субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника», пункта 1 статьи 6119 «Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве» и пункта 32 статьи 64 «Ограничения и обязанности должника в ходе наблюдения» Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»;#❝

а также пункта 31 статьи 3 «Ответственность общества» Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».#❝

Как следует из представленных материалов, определением арбитражного суда прекращено производство по делу о банкротстве хозяйственного общества (в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве), требования к которому были приобретены Г.Д.Шпак на основании договора.#❝

Решением арбитражного суда, оставленным судами вышестоящих инстанций без изменения, Г.Д.Шпак отказано в удовлетворении поданного вне рамок дела о банкротстве заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам, к основаниям которой заявительница относила неисполнение ответчиками вынесенного в пользу ее правопредшественника решения суда о взыскании задолженности, а также обязанностей по подаче заявления должника о признании его банкротом и по передаче временному управляющему документации должника. Суды исходили из отсутствия доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности контролирующих лиц по подаче заявления о признании общества банкротом, а также обоснования того, какие именно действия ответчиков повлекли невозможность погашения требований кредиторов, возникновение у должника признаков несостоятельности и#❝

состояли с указанными последствиями в причинно-следственной связи. Суды первой и кассационной инстанций, кроме того, упомянули, что заявительница ссылалась в иске на те же обстоятельства, которые ранее послужили основанием для ее обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом.#❝

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Г.Д.Шпак отказано в передаче ее кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда. Определением судьи того же суда, с которым согласился заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации, заявительнице отказано в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу кассационной жалобы в порядке, предусмотренном частью 8 статьи 2916 АПК Российской Федерации.#❝

По мнению Г.Д.Шпак, часть 3 статьи 65 АПК Российской Федерации не соответствует статьям 15 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 45, 46 (части 1 и 2), 55 (часть 3), 118 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой не предусматривает специального правила о распределении бремени доказывания при рассмотрении дел о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам. Заявительница также полагает, что пункт 1 статьи 6119 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» противоречит статьям 45, 46 (часть 1) и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации, поскольку не позволяет кредитору предъявить иск о привлечении контролирующих должника лиц к гражданско-правовой ответственности вне рамок дела о банкротстве, если ему было известно о наличии оснований для привлечения к такой ответственности до прекращения производства по делу о банкротстве.#❝

Кроме того, ссылаясь на неправильное применение судами норм права при рассмотрении дела с участием заявительницы – противоречащее, по ее мнению, как их буквальному, так и конституционно-правовому смыслу, нашедшему отражение в сохраняющих силу решениях Конституционного Суда Российской Федерации, и выразившееся в нарушении порядка#❝

формирования состава суда апелляционной инстанции, произвольном отказе в удовлетворении ходатайства о восстановлении процессуального срока, необоснованном выводе о недоказанности оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, – Г.Д.Шпак просит подтвердить конституционность пункта 2 части 3 статьи 18 и части 8 статьи 2916 АПК Российской Федерации, указанных в жалобе положений статей 9, 6111, 6112 и 64 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а также пункта 31 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».#❝

Согласно пункту 1 статьи 6119 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61 14 данного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 6111 того же Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве. Тем самым данная норма закрепляет дополнительную гарантию реализации кредитором права на привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, не реализованного при рассмотрении дела о банкротстве должника.#❝

При этом судебная практика исходит из того, что Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» не содержит положений о том, что материальное право кредитора на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом, перестает существовать (прекращается), если этот кредитор, располагающий информацией о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, не предъявил#❝

соответствующего иска к причинителю вреда до прекращения производства по делу о банкротстве, с учетом чего пункт 1 статьи 6119 названного Федерального закона не может быть истолкован как исключающий в материальном смысле право на иск о привлечении к субсидиарной ответственности кредитора, осведомленного о наличии оснований для привлечения к такой ответственности на момент прекращения производства по делу о банкротстве, вне рамок дела о несостоятельности (пункт 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10 ноября 2021 года). Этот подход применяется и в случае, когда завершение производства по делу о банкротстве ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур банкротства, имело место после введения в отношении должника процедуры наблюдения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25 марта 2024 года № 303-ЭС23-26138 и др.).#❝

Кроме того, как следует из содержания представленных судебных актов, сама по себе ссылка судов первой и кассационной инстанций на данную норму не была положена в основу решения по существу иска заявительницы, отказ в удовлетворении которого был мотивирован недоказанностью, по мнению судов, предусмотренных законом оснований для возложения на ответчиков субсидиарной ответственности по обязательствам должника.#❝

Устанавливая процессуальную гарантию осуществления судопроизводства на основе конституционно значимого принципа состязательности (статья 123, часть 3 Конституции Российской Федерации), оспариваемая часть 3 статьи 65 АПК Российской Федерации предусматривает обязанность лиц, участвующих в деле, по раскрытию доказательств и не устанавливает правил, касающихся распределения бремени доказывания.#❝

Таким образом, указанные нормы не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявительницы в обозначенных в жалобе аспектах.#❝

Что же касается иных перечисленных в жалобе норм, то – как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации – из взаимосвязанных положений статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» следует, что вопрос о подтверждении конституционности того или иного нормативного акта по жалобам граждан Конституционным Судом Российской Федерации не может быть рассмотрен (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 июня 2014 года № 1367-О, от 26 мая 2016 года № 972-О, от 28 июня 2018 года № 1497-О, от 29 сентября 2020 года № 2121-О, от 31 марта 2022 года № 640-О и др.).#❝

Вместе с тем указанные в обращении положения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» – предусматривающие предоставление кредитору процессуальных преимуществ посредством установления презумпций при доказывании оснований субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (упомянутые положения статей 61 11 и 6112, действующие с учетом правовых позиций, выраженных в сохраняющих силу решениях Конституционного Суда Российской Федерации, в частности в его Постановлении от 7 февраля 2023 года № 6-П), а также закрепляющие обязанность руководителя должника при наличии указанных в законе обстоятельств подать заявление о банкротстве и обязанность в установленные сроки информировать временного управляющего и арбитражный суд об имущественном положении должника (пункт 1 статьи 9 и пункт 32 статьи 64), – не предполагая произвольного применения, направлены на обеспечение защиты имущественных интересов кредиторов должника и достижение публично-правовых целей банкротства. Не допускают произвольного применения и упомянутые в жалобе положения статей 18 и 2916 АПК Российской Федерации, относящиеся к элементам#❝

процессуального механизма, обеспечивающего реализацию гражданами и организациями права на судебную защиту.#❝

Как следует из обращения, заявительница связывает нарушение своих конституционных прав не с нормативным содержанием указанных законоположений, соответствие которых Конституции Российской Федерации она просит подтвердить, а с неправильным, по ее мнению, их применением в конкретном деле, в том числе с необоснованностью выводов судов о наличии (отсутствии) фактических обстоятельств, относящихся к условиям применения этих норм. Между тем разрешение таких вопросов не отнесено к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленной статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Также представленными материалами не подтверждается применение судами указанного в жалобе пункта 31 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в конкретном деле с участием заявительницы, к предмету которого относилось взыскание (в порядке субсидиарной ответственности) задолженности общества, не исключенного из Единого государственного реестра юридических лиц.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 2310-О#❝