Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»

вознаграждение арбитражного управляющего установлено в размере, определенном этим мировым соглашением. При этом суды отвергли доводы заявительницы о том, что данное вознаграждение должно быть ей установлено в размере семи процентов от вышеуказанной суммы, руководствуясь, в частности, тем, что условия о сумме процентов включаются в текст мирового соглашения только с согласия арбитражного управляющего, который подписал данное соглашение, впоследствии утвержденное судом. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации, с которым согласился Председатель этого суда, заявительнице отказано в передаче ее кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.#❝

О.В.Калинина оспаривает конституционность пунктов 13 и 15 статьи 206 «Вознаграждение арбитражного управляющего в деле о банкротстве» Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», которые, по ее мнению, противоречат статьям 1, 17, 19 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой:#❝

не позволяют конкурсному управляющему, добросовестно исполнившему свои обязанности, полагаться на действующее правовое регулирование, устанавливающее определенный размер процентного вознаграждения и основания для его снижения; предполагают возможность лишения конкурсного управляющего процентного вознаграждения (полностью или в части), вплоть до отказа в его выплате, в отсутствие критериев, пределов и оснований для этого при прекращении производства по делу о банкротстве в связи с заключением мирового соглашения, что влечет дискриминацию арбитражных управляющих, процедуры с участием которых завершаются заключением мирового соглашения;#❝

лишают конкурсного управляющего возможности защитить свои права каким-либо образом в ситуации установления в мировом соглашении процентного вознаграждения в размере ниже предусмотренного законом.#❝

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что положения, предусматривающие право арбитражного управляющего на получение дополнительного стимулирующего вознаграждения, зависящего от результатов его работы и реального вклада в конечный результат, и направленные на эффективное исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей, позволяют обеспечить необходимый баланс имущественных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, исходя из фактических обстоятельств данного дела, установление и оценка которых составляет предмет дискреции рассматривающего его суда, во всяком случае связанного требованиями законности, обоснованности и мотивированности своих актов (определения от 31 мая 2022 года № 1266-О, от 29 октября 2024 года № 2745-О и др.).#❝

Сообразно этому пункт 13 статьи 206 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в частности, предусматривает, что сумма процентов по вознаграждению конкурсного управляющего устанавливается в размере семи процентов от размера удовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, в случае удовлетворения более чем семидесяти пяти процентов требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.#❝

Согласно пункту 15 той же статьи при прекращении дела о банкротстве в связи с заключением мирового соглашения выплата суммы процентов по вознаграждению арбитражного управляющего осуществляется в сроки и в размере, которые установлены мировым соглашением. Названная норма обеспечивает реализацию конституционно значимого принципа диспозитивности и создание условий для мирного урегулирования отношений должника и кредиторов в деле о банкротстве. Дополнительной гарантией интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, включая арбитражного управляющего, притом что конкурсный управляющий в силу пункта 2 статьи#❝

150 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» принимает решение о заключении мирового соглашения со стороны признанного банкротом должника – юридического лица, являются предусмотренные законом положения об утверждении мирового соглашения судом и праве заявления возражений относительно его утверждения (статья 158 данного Федерального закона), а также положения, закрепляющие возможность обжалования и пересмотра определения об утверждении мирового соглашения (статья 162 того же Федерального закона).#❝

При этом, как следует из представленных материалов, рассматривая возражения заявительницы, касающиеся размера предусмотренного мировым соглашением процентного вознаграждения, суды исходили, в частности, из того, что данным мировым соглашением предусмотрена выплата ей пяти процентов не от размера удовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, как то предусмотрено пунктом 13 статьи 206 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а от размера включенных в реестр требований. Суды отметили, что задолженность перед основным кредитором по условиям данного соглашения подлежит погашению путем взаимозачетов, что не позволяет отнести данную задолженность к числу удовлетворенных требований для целей исчисления вознаграждения арбитражного управляющего по правилам, установленным данной нормой.#❝

Таким образом, оспариваемые законоположения не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права О.В.Калининой в обозначенных в жалобе аспектах. Проверка же обоснованности выводов арбитражных судов по существу заявлявшихся ею требований, сопряженная с исследованием и оценкой фактических обстоятельств дела, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации не относится (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»).#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного#❝

закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1330-О#❝