Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Малова Вячеслава Геннадьевича на нарушение его конституционных прав частью четвертой статьи 159 Уголовного кодекса Российск…

По мнению заявителя, оспариваемые нормы по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают возможность произвольного привлечения к уголовной ответственности с приданием заранее установленной силы доказательствам стороны обвинения и без оценки доказательств стороны защиты. Кроме того, он утверждает, что положения статьи 159 УК Российской Федерации содержат неопределенность в части признаков предусмотренного ею преступления.#❝

Статья 159 УК Российской Федерации определяет мошенничество как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, усиливая в части четвертой ответственность за это деяние, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере или повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение. При этом под хищением, согласно пункту 1 примечаний к статье 158 данного Кодекса, понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Для квалификации деяния как мошенничества необходимо обязательное установление как общих признаков преступления (в том числе общественной опасности и противоправности), так и специальных признаков, включенных в состав мошенничества (в том числе характеризующих его объективную и субъективную сторону, включая направленность умысла на хищение имущества) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 октября 2021 года № 2179-О, от 28 сентября 2023 года № 2671-О и др.). Соответственно, статья 159 УК Российской Федерации не содержит неопределенности в том числе в части признаков преступления, которая препятствовала бы единообразному пониманию и применению данной нормы правоприменительными органами (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 апреля#❝

2009 года № 422-О-О, от 23 декабря 2014 года № 2859-О, от 17 июля 2025 года № 1848-О и др.).#❝

Оспариваемые заявителем положения статьи 17 УПК Российской Федерации, провозглашающие в качестве принципа уголовного судопроизводства свободу оценки доказательств, носят гарантийный характер, направлены на обеспечение конституционных прав граждан в уголовном процессе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2020 года № 1317-О и от 30 января 2024 года № 225-О).#❝

Статьи же 87 и 88 УПК Российской Федерации устанавливают общие правила проверки и оценки доказательств и во взаимосвязи со статьей 7 данного Кодекса, обязывающей суд принимать законные, обоснованные и мотивированные решения, не допускают постановления судом приговора, основанного на произвольной проверке и оценке доказательств. Оспариваемые нормы не содержат положений, освобождающих суд, прокурора, следователя и дознавателя от обязанности исследовать доводы подозреваемого, обвиняемого о признании тех или иных доказательств не имеющими юридической силы и при возникновении сомнений в допустимости или достоверности этих доказательств – отвергнуть их в соответствии с требованиями статей 49 (часть 3) и 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 октября 2011 года № 1423-О-О, от 22 марта 2012 года № 430-О-О, от 18 октября 2012 года № 1901-О, от 24 июня 2014 года № 1434-О, от 21 мая 2015 года № 1134-О, от 29 сентября 2016 года № 2035-О, от 28 февраля 2017 года № 254-О и др.).#❝

Таким образом, будучи направленными на обеспечение прав и свобод участников уголовного судопроизводства как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, оспариваемые заявителем нормы уголовно-процессуального закона не могут расцениваться как нарушающие его конституционные права в обозначенном в жалобе аспекте.#❝

Кроме того, требования заявителя и доводы, приведенные в обоснование его позиции, свидетельствуют о том, что нарушение своих конституционных прав он связывает не с содержанием оспариваемых законоположений, а с#❝

неправильным, по его мнению, их применением судами, с решениями которых он, по сути, выражает несогласие. Между тем установление фактических обстоятельств дела и оценка правильности применения судами норм права с учетом этих обстоятельств не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Таким образом, данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 264-О#❝