об отказе в принятии к рассмотрению жалобы акционерного общества «Управляющая Компания ТРИНФИКО» на нарушение конституционных прав и свобод положениями статьи 15, пункта 1 стать…

статьи 15 «Возмещение убытков», согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем#❝

размере (пункт 1), под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода); если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2);#❝

пункта 1 статьи 401 «Основания ответственности за нарушение обязательства», согласно которому лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности; лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства;#❝

пункта 1 статьи 1022 «Ответственность доверительного управляющего», согласно которому доверительный управляющий, не проявивший при доверительном управлении имуществом должной заботливости об интересах выгодоприобретателя или учредителя управления, возмещает выгодоприобретателю упущенную выгоду за время доверительного управления имуществом, а учредителю управления убытки, причиненные утратой или повреждением имущества, с учетом его естественного износа, а также упущенную выгоду; доверительный управляющий несет ответственность за причиненные убытки, если не докажет, что эти убытки произошли вследствие непреодолимой силы либо действий выгодоприобретателя или учредителя управления.#❝

Также заявитель оспаривает конституционность пункта 4 статьи 25 «Управление пенсионными фондами и инвестирование средств пенсионных накоплений» Федерального закона от 7 мая 1998 года № 75-ФЗ «О#❝

негосударственных пенсионных фондах», согласно которому управляющая компания (управляющие компании) несет (несут) ответственность перед фондом (фондами) за ненадлежащее исполнение возложенных на нее (них) обязанностей в соответствии с законодательством Российской Федерации; управляющая компания (управляющие компании) не несет (не несут) ответственности перед участниками по обязательствам фонда (фондов).#❝

По мнению заявителя, указанные законоположения в их системной взаимосвязи в толковании, придаваемом правоприменительной практикой, противоречат статьям 8, 17 (часть 3), 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку позволяют привлечь доверительного управляющего к гражданскоправовой ответственности в форме возмещения убытков за изменение стоимости части активов, переданных пенсионным фондом доверительному управляющему по отдельному договору доверительного управления и находящихся в доверительном управлении, а также за изменение стоимости активов в течение части срока действия соответствующего договора, несмотря на наличие прибыли от управления всеми переданными пенсионным фондом активами, что, по мнению заявителя, подтверждается взысканием арбитражным судом с доверителя суммы вознаграждения доверительного управляющего, рассчитываемой из полученной последним прибыли за соответствующий период управления переданным имуществом.#❝

Оспариваемые законоположения были в существенной части применены Арбитражным судом города Москвы в решении от 10 октября 2013 года, оставленном без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25 декабря 2013 года, которым требования ХантыМансийского негосударственного пенсионного фонда (доверитель) к АО «Управляющая Компания ТРИНФИКО» были удовлетворены в части взыскания убытков в виде реального ущерба в размере 9 354 421,47 руб., причиненного утратой средств пенсионных резервов, переданных в управление ответчику, в результате снижения рыночной стоимости обыкновенных#❝

именных акций, находившихся у него в доверительном управлении и не соответствовавших требованиям новой инвестиционной декларации.#❝

Постановлением Федерального арбитражного суда Московского округа от 27 марта 2014 года судебные постановления арбитражных судов в указанной части были оставлены без изменения, а в части отказа в удовлетворении требований о взыскании упущенной выгоды в размере 10 343 318,22 рубля – отменены с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.#❝

Определениями коллегий судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июня 2014 года и от 31 июля 2014 года в передаче дела для пересмотра указанных судебных актов в порядке надзора в связи с жалобами АО «Управляющая Компания ТРИНФИКО» было отказано.#❝

Представленными материалами не подтверждается применение абзаца второго пункта 2 статьи 15 ГК Российской Федерации в конкретном деле с участием заявителя, в связи с чем в данной части его жалоба не может рассматриваться как отвечающая критериям допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации.#❝

Отсутствуют также и материалы, подтверждающие применение при новом рассмотрении указанного дела судами (в части взыскания убытков в виде упущенной выгоды) положения абзаца первого пункта 2 статьи 15 ГК#❝

Российской Федерации о соответствующем виде убытков во взаимосвязи с иными оспариваемыми заявителем законоположениями, равно как и материалы, подтверждающие завершение этого рассмотрения, и, соответственно, в этой части данная жалоба также не может быть признана допустимой.#❝

Следовательно, положения пункта 4 статьи 25 данного Федерального закона, пункта 1 и абзаца первого пункта 2 статьи 15, пункта 1 статьи 401 и пункта 1 статьи 1022 ГК Российской Федерации в системной взаимосвязи с иными положениями действующего законодательства (в том числе с положениями пунктов 3 и 4 статьи 1, пунктов 4 и 5 статьи 10, пунктов 1 и 2 статьи 393 ГК Российской Федерации, а также статьи 24, пунктов 2, 3, 5 статьи 25, пункта 1 статьи 251 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» и др.) направлены на защиту прав и законных интересов негосударственного пенсионного фонда в случае ненадлежащего исполнения управляющей компанией своих обязательств по доверительному управлению средствами пенсионных резервов, переданными по договору доверительного управления в целях их сохранения и прироста, и не могут рассматриваться как противоречащие статьям 8, 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 3), 45 (часть 1) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 17 (часть 3), 39 (часть 3) и 55 (часть 3).#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

№ 2946-О#❝