об отказе в принятии к рассмотрению жалобы Администрации города Твери на нарушение конституционных прав и свобод частью 8 статьи 36 Градостроительного кодекса Российской Федерации

объектов капитального строительства опасно для жизни или здоровья человека, для окружающей среды, объектов культурного наследия.#

Как следует из представленных материалов, решением Тверской городской Думы изменена территориальная зона, в границах которой расположены земельный участок с разрешенным видом использования «под производственное здание с пристроенным складом» и объект капитального строительства (производственное здание с пристроенным складом), принадлежащие коммерческой организации. Поскольку градостроительный регламент измененной территориальной зоны не предусматривал указанный вид разрешенного использования, а объект капитального строительства использовался для ведения торговли, заявитель обратился в суд с требованием о понуждении коммерческой организации привести вид разрешенного использования земельного участка в соответствие с его фактическим использованием и изменениями в градостроительном зонировании территорий.#

Решением арбитражного суда, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, в удовлетворении данного требования было отказано. При этом суды указали на отсутствие доказательств того, что использование ответчиком принадлежащего ему объекта капитального строительства не только в качестве склада, но и для оптовой торговли опасно для жизни или здоровья человека, для окружающей среды, объектов культурного наследия. Также суды отметили, что основные и вспомогательные виды разрешенного использования земельных участков и объектов капитального строительства правообладателями земельных участков и объектов капитального строительства выбираются самостоятельно без дополнительных разрешений и согласования (часть 4 статьи 37 Градостроительного кодекса Российской Федерации), использование же земельного участка не по целевому назначению является административным правонарушением, влекущим административную ответственность, реализуемую контролирующими органами, в том числе органами местного самоуправления, в рамках соответствующих административных процедур, а не посредством предъявления указанного искового требования.#

По мнению заявителя, оспариваемое законоположение не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 12, 19 (часть 1), 36 (части 2 и 3), 130 (часть 1), 132 и 133, в той мере, в какой оно служит правовым основанием для отказа в удовлетворении требования органа местного самоуправления о возложении на правообладателя земельного участка обязанности привести вид его разрешенного использования в соответствие с действующим градостроительным регламентом и фактическим использованием, тем самым позволяет данном лицу уклоняться от уплаты земельного налога, рассчитываемого с учетом вида разрешенного использования земельного участка, снижает размер налоговых платежей в местный бюджет и порождает недопустимую дифференциацию в правовом положении органов местного самоуправления.#

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, регламентация градостроительной деятельности направлена в первую очередь на обеспечение комфортной среды обитания, комплексного учета потребностей населения и территорий в развитии и необходима для согласования государственных, общественных и частных интересов в данной области в целях обеспечения благоприятных условий проживания (определения от 15 июля 2010 года № 931-О-О, от 25 февраля 2016 года № 242-О, от 19 декабря 2017 года № 3076-О, от 19 декабря 2019 года № 3498-О и др.).#

В целях реализации указанных задач Градостроительный кодекс Российской Федерации предусматривает соответствующие полномочия органов местного самоуправления, в том числе полномочие по утверждению (изменению) правил землепользования и застройки, составной частью которых являются территориальные зоны и градостроительные регламенты, устанавливающие виды разрешенного использования земельных участков и объектов капитального строительства (статьи 1, 8, 30 и др.). При этом виды разрешенного использования земельных участков, определяющие их правовой#

режим и служащие одной из основных характеристик данных участков, непосредственно влияют на объем прав их собственников, а также других категорий землепользователей и обязательны к исполнению (абзац 7 статьи 42 и пункт 3 статьи 85 Земельного кодекса Российской Федерации).#

Конституция Российской Федерации, предусматривая право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, гарантии права собственности, включая гарантию свободного владения, пользования и распоряжения землей и другими природными ресурсами, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц (статьи 34–36), предполагает, что защита указанных прав, а равно иных имущественных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов, включая частные и публичные интересы. Из этого следует, что возможность принятия органом местного самоуправления решений об изменении градостроительного зонирования территорий и градостроительных регламентов должна быть уравновешена необходимыми гарантиями для лиц, которые на законных основаниях приобрели права на земельные участки до принятия и вступления в силу указанных изменений и вправе были рассчитывать, что их правовой статус, неразрывно связанный с правовым режимом земельных участков, будет уважаться государством, а также органами местного самоуправления как неотъемлемой частью единого механизма управления делами государства.#

С учетом изложенного оспариваемое законоположение, призванное – на основе необходимого баланса частных и публичных интересов – сохранить для собственников, иных категорий землепользователей возможность использования земельных участков согласно ранее существовавшему виду их разрешенного использования и тем самым обеспечивающее стабильность земельных и имущественных отношений, само по себе не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя.#

Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не входят.#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьей 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 631-О#