об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гайдука Михаила Сергеевича на нарушение его конституционных прав статьей 104 Земельного кодекса Российской Федерации и пунк…

Также заявитель оспаривает конституционность пункта «б» раздела II Положения об охранной (буферной) зоне Центрально-Черноземного государственного биосферного заповедника имени профессора В.В.Алехина (приложение № 1 к решению исполнительного комитета Курского областного Совета народных депутатов от 17 ноября 1988 года № 294) об установлении на территории охранной (буферной) зоны запрета на всякую деятельность, которая может нарушить природные комплексы заповедника или угрожает сохранению природных объектов, имеющих научную, эстетическую, историческую и культурную ценность, в том числе на отвод земель под сооружение жилых, хозяйственных (животноводческих, складских, подсобных) помещений, всех видов технических и коммуникационных сооружений и иных объектов без предварительного согласования с заповедником и областным отделом строительства и архитектуры.#

Как следует из представленных материалов, заявитель – собственник земельного участка, относящегося к землям населенных пунктов и расположенного в охранной (буферной) зоне государственного природного заповедника, получил разрешение органа местного самоуправления на строительство жилого дома на данном участке, после чего обратился в ФГБУ «Центрально-Черноземный государственный природный биосферный заповедник имени профессора В.В.Алехина» с заявлением о согласовании порядка хозяйственной деятельности (строительство жилого дома и объектов вспомогательного использования). Решением научно-технического совета данного учреждения (в состав которого входил его руководитель) в согласовании было отказано, поскольку вопрос об изменении категории земель в охранной зоне заповедника и их перевод в категорию земель населенных пунктов не был согласован в установленном порядке. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, данный отказ признан правомерным.#

По мнению заявителя, оспариваемые нормативные положения не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 18, 19 (части#

1 и 2), 35 (части 2 и 3), 40 (части 1 и 2), 46 (части 1 и 2) и 55, в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой, предоставляют руководителю заповедника исключительное право отказывать собственнику земельного участка с разрешенным видом использования «для жилищного строительства» в согласовании использования этого участка в соответствии с его целевым назначением, в том числе без исследования вопроса о наличии (отсутствии) негативного антропогенного воздействия на заповедник в результате строительства жилого дома. Кроме того, в жалобе указано, что пункт «б» раздела II Положения об охранной (буферной) зоне Центрально-Черноземного государственного биосферного заповедника имени профессора В.В.Алехина не отвечает критериям правовой определенности нормы, поскольку не содержит перечня видов зданий и сооружений или предъявляемых к ним требований, позволяющих разграничить допустимую и запрещенную хозяйственную деятельность в виде строительства этих объектов на территории охранной (буферной) зоны заповедника, в то время как требования о такой детализации нормативных ограничений содержатся в Земельном кодексе Российской Федерации (статья 106) и других федеральных законах.#

Согласно Конституции Российской Федерации земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории (статья 9, часть 1); владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляются их собственниками свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц (статья 36, часть 2).#

В порядке реализации указанных конституционных требований Земельный кодекс Российской Федерации был дополнен главой XIX «Зоны с#

особыми условиями использования территорий» (введена Федеральным законом от 3 августа 2018 года № 342-ФЗ «О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации»), в состав которой входит статья 104, предусматривающая возможность установления зоны с особыми условиями использования территорий в целях охраны окружающей среды.#

При этом само назначение данной зоны предполагает установление соответствующих ограничений, виды которых и условия их применения конкретизируются в положениях статьи 106 данного Кодекса, предусматривающей, в частности, что не допускается требовать согласования размещения зданий, сооружений или осуществления иных видов деятельности в границах зоны с особыми условиями использования территории, за исключением случаев размещения зданий, сооружений в границах придорожных полос автомобильных дорог общего пользования (пункт 3).#

Федеральным законом от 3 августа 2018 года № 342-ФЗ также предусмотрены переходные положения в связи с введением указанной главы Земельного кодекса Российской Федерации. Так, согласно изложенным в части 10 его статьи 26 предписаниям, касающимся зон с особыми условиями использования территорий, установленных до 1 января 2022 года, такие зоны считаются установленными вне зависимости от соответствия решений об их установлении требованиям, предусмотренным в соответствии со статьей 106 Земельного кодекса Российской Федерации, внесение же изменений в данные решения не требуется (за исключением случая, предусмотренного частью 11 этой статьи). В свою очередь, часть 11 статьи 26 этого Федерального закона закрепляет, что, если положением о зоне с особыми условиями использования территории, утвержденным Правительством Российской Федерации в соответствии со статьей 106 Земельного кодекса Российской Федерации (в редакции данного Федерального закона), установлены требования к предельным размерам указанной зоны, которые меньше, чем размер ранее установленной зоны, или не предусмотрены ограничения#

использования земельных участков, которые были ранее установлены в границах зоны, с заявлением об изменении зоны с особыми условиями использования территории (в случае изменения границ зоны с особыми условиями использования территории с приложением сведений о границах указанной зоны) в органы государственной власти или органы местного самоуправления, уполномоченные на принятие решения об установлении или изменении зоны с особыми условиями использования территории, вправе обратиться заинтересованные граждане, юридические лица, органы государственной власти или органы местного самоуправления.#

Таким образом, действующее законодательство применительно к ранее установленным охранным зонам, в частности к охранной зоне ЦентральноЧерноземного государственного природного биосферного заповедника имени профессора В.В.Алехина, обеспечивает необходимую преемственность сложившихся отношений, в том числе за счет сохранения ранее установленных ограничений, призванных – как в случае с данным заповедником – поддерживать необходимый уровень защиты окружающей среды от негативного антропогенного воздействия, а с другой – не исключает возможности пересмотра требований и ограничений, установленных Положением об охранной (буферной) зоне Центрально-Черноземного государственного биосферного заповедника имени профессора В.В.Алехина, после утверждения Правительством Российской Федерации положения о соответствующей зоне с особыми условиями использования территории с учетом положений Земельного кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 3 августа 2018 года № 342-ФЗ.#

Кроме того, по смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 7 марта 1996 года № 6-П и определениях от 5 октября 2001 года № 199-О, от 7 июня 2011 года № 767-О-О, ни одно решение субъекта, наделенного публичными функциями (к которым относится и согласование хозяйственной деятельности на земельном участке, находящемся в частной собственности), если оно затрагивает права и свободы человека и гражданина, не может#

быть выведено из сферы судебного контроля, осуществляемого по инициативе гражданина, интересы которого таким решением затронуты. В свою очередь, суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 октября 2015 года № 28-П, от 8 декабря 2017 года № 39-П, от 9 апреля 2020 года № 16-П и др.).#

С учетом изложенного оспариваемые нормативные положения сами по себе не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя.#

Установление же и оценка фактических обстоятельств конкретного дела, а также проверка правильности применения оспариваемых норм с учетом данных обстоятельств к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она установлена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относятся.#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 2517-О#