об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бесединой Галины Андреевны на нарушение ее конституционных прав статьей 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Феде…

Постановлением судьи районного суда от 12 февраля 2020 года, правомерность которого подтверждена судом апелляционной инстанции, указанная жалоба оставлена без удовлетворения с разъяснением, что обыск в#

жилище гражданки Д. (дочь Г.А.Бесединой) проведен надлежащим должностным лицом на основании постановления районного суда от 26 июля 2019 года, а также что доводы о незаконности проведения указанного следственного действия фактически направлены на оценку доказательств по уголовному делу, что не может являться предметом рассмотрения по правилам судебной процедуры, предусмотренной статьей 125 УПК Российской Федерации.#

Постановлениями судьи Второго кассационного суда общей юрисдикции от 14 августа 2020 года и судьи Верховного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2020 года, с последним из которых, в свою очередь, согласился заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации (письмо от 16 февраля 2021 года), отказано в передаче для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции поданных в защиту интересов Г.А.Бесединой жалоб с подтверждением законности вынесенных судебных решений.#

В данной связи Г.А.Беседина – утверждающая, что она не является участником уголовного дела, что Д. в жилом помещении, подвергнутом обыску, не проживала и не была там зарегистрирована, что разрешения на производство этого следственного действия по указанному адресу не выдавалось, а также что ее целью оспаривания проведенного обыска являлось истребование изъятого имущества и возмещение причиненного материального ущерба, – просит признать не соответствующей статьям 18, 19, 25, 35 (части 2 и 3) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации статью 125 «Судебный порядок рассмотрения жалоб» УПК Российской Федерации, как допускающую отказ суда в рассмотрении жалобы на незаконные действия следователя при производстве обыска или выемки.#

Статья 125 УПК Российской Федерации, регламентируя судебный порядок рассмотрения жалоб, в части первой устанавливает, что#

постановления органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления. Согласно части пятой той же статьи по результатам рассмотрения такой жалобы судья выносит решение либо о признании действия (бездействия) или решения соответствующего должностного лица незаконным или необоснованным и о его обязанности устранить допущенное нарушение, либо об оставлении жалобы без удовлетворения. Из содержания данной нормы прямо следует обязанность судьи рассмотреть жалобу и принять одно из указанных решений, что не только не нарушает права и законные интересы лица, в отношении которого вынесено обжалуемое решение, но и, напротив, обеспечивает их защиту (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2005 года № 475-О, от 18 декабря 2007 года № 913-О-О, от 29 января 2015 года № 35-О, от 26 мая 2016 года № 978-О, от 18 июля 2017 года № 1458-О, от 29 мая 2019 года № 1208-О и др.).#

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1999 года № 5-П сформулирована правовая позиция, имеющая общий характер, в силу которой в ходе предварительного расследования могут быть обжалованы в суд действия и решения следователя, органа дознания, лица, производящего дознание, и прокурора, если они нарушают конституционные права и свободы, которые не могут быть восстановлены в полном объеме при рассмотрении судом уголовного дела, и если проверка их законности и обоснованности не связана с предрешением вопросов, затрагивающих существо уголовного дела. В указанном Постановлении к#

числу решений и действий, подлежащих судебному обжалованию в период предварительного расследования, были отнесены в том числе связанные с производством обыска (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22 января 2004 года № 51-О).#

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации, по смыслу статей 123 и 125 УПК Российской Федерации жалобу на процессуальные решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа, прокурора вправе подать любой участник уголовного судопроизводства или иное лицо в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают его интересы, а также действующий в интересах заявителя защитник, законный представитель или представитель. Правом на обжалование решений и действий (бездействия) должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование, обладают иные лица в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их права и законные интересы. Ими могут быть, например, лица, чье имущество изъято или повреждено в ходе обыска или выемки (пункт 5 постановления от 10 февраля 2009 года № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации»).#

При этом Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что судья, рассматривая жалобу по правилам статьи 125 УПК Российской Федерации – по буквальному смыслу которой он обязан проверить правомерность обжалуемого действия (бездействия) или решения (часть третья), – не должен, во избежание искажения сути правосудия, ограничиваться лишь исполнением формальных требований уголовнопроцессуального закона и отказываться от оценки фактической обоснованности обжалуемых действий (бездействия) и решений (определения от 24 марта 2005 года № 151-О, от 12 апреля 2018 года № 867- О, от 29 января 2019 года № 14-О, от 14 января 2020 года № 5-О и др.).#

Кроме того, часть четвертая статьи 81 УПК Российской Федерации прямо устанавливает, что изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами предметы, включая электронные носители информации, подлежат возврату лицам, у которых они были изъяты, с учетом требований статьи 61 данного Кодекса. Также заинтересованное лицо не лишено права ходатайствовать перед следователем о возврате изъятых предметов либо копировании информации с электронных носителей (часть 21 статьи 82, статьи 119–122 и 1641 УПК Российской Федерации).#

Таким образом, оспариваемое законоположение как по своему буквальному смыслу, так и по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, не предполагает принятия по жалобам граждан произвольных и немотивированных решений, а потому не может расцениваться в качестве нарушающего конституционные права Г.А.Бесединой в обозначенном ею аспекте. Проверка же правомерности правоприменительных действий и решений с учетом обстоятельств конкретного дела не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 1381-О#