Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Карпенко Тамары Михайловны на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федера…

правоохранительного органа и экспертом при расследовании уголовного дела по факту совершения преступления в отношении дочери заявительницы, что выразилось в неполном и необъективном расследовании, служебном подлоге и фальсификации доказательств.#❝

Решением районного суда от 16 июня 2021 года, оставленным без изменения апелляционным определением от 2 сентября 2021 года и определением судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 7 декабря 2021 года, в удовлетворении требований отказано полностью за их необоснованностью со ссылкой на ранее вынесенные в порядке гражданского судопроизводства судебные решения по аналогичному вопросу, которыми констатировано отсутствие нарушений законных прав и свобод как потерпевшей, так и ее матери при осуществлении предварительного расследования по уголовному делу. Доводы же о совершении судебно-медицинским экспертом служебного подлога и фальсификации доказательств, как подлежащие установлению в рамках уголовного судопроизводства, признаны несостоятельными и не подтвержденными исследованными в судебном заседании доказательствами.#❝

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 30 марта 2022 года отказано в передаче кассационной жалобы Т.М.Карпенко для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.#❝

В данной связи заявительница просит признать не соответствующими статьям 18–22, 45, 46, 50 и 52 Конституции Российской Федерации часть первую статьи 10 «Обратная сила уголовного закона» УК Российской Федерации, а также часть первую статьи 17 «Свобода оценки доказательств», пункт 3 части второй статьи 38 «Следователь» и пункт 1 части третьей (ошибочно именуемый в жалобе пунктом 3 части первой) статьи 41 «Дознаватель» УПК Российской Федерации, утверждая, что данные нормы лишают потерпевшего прав на справедливое и законное расследование уголовного дела, на охрану от преступных посягательств и произвола со#❝

стороны государственных органов, на защиту своих нарушенных прав, на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.#❝

Также Т.М.Карпенко просит Конституционный Суд Российской Федерации отменить вынесенные по ее исковым требованиям судебные решения.#❝

Оспариваемые положения статей 38 и 41 УПК Российской Федерации закрепляют процессуальные полномочия следователя и дознавателя, которые реализуются ими не произвольно, а по основаниям и в порядке, установленных уголовно-процессуальным законом, что предполагает, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, выполнение при осуществлении уголовного преследования всего комплекса предусмотренных этим Кодексом, в том числе его статьями 7 и 11, мер по охране прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве (Постановление от 29 июня 2004 года № 13-П; определения от 24 января 2008 года № 63-О-О, от 16 июля 2015 года № 1616-О, от 26 января 2017 года № 4-О, от 25 марта 2021 года № 424-О и др.).#❝

Статья же 17 УПК Российской Федерации в части первой в качестве принципа свободы оценки доказательств закрепляет адресованное судье, присяжным заседателям, прокурору, следователю и дознавателю требование не только исходить из своего внутреннего убеждения и совести, но и основываться на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств и руководствоваться законом, что должно исключать принятие необоснованных решений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 года № 473-О, от 27 июня 2017 года № 1261-О, от 29 мая 2018 года № 1335-О, от 29 января 2019 года № 40-О, от 28 апреля 2022 года № 826-О и др.).#❝

Соответственно, приведенные законоположения не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявительницы в обозначенном ею аспекте.#❝

Кроме того, вопреки требованию части второй статьи 96 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», представленные вместе с обращением судебные решения, вынесенные в рамках гражданского судопроизводства по вопросу о компенсации морального вреда, не свидетельствуют о применении оспариваемых норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, как и статьи 10 УК Российской Федерации.#❝

Проверка же правомерности конкретных правоприменительных действий и решений по делу с участием заявительницы, к чему, по существу, сводятся доводы ее жалобы, в которой она прямо просит об отмене состоявшихся судебных решений, не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1495-О#❝