Статьи 4 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации»

объединения, в отношении которого вступило в законную силу решение суда о запрете деятельности по основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» (далее – экстремистское общественное объединение), а также определяют круг лиц, на которых распространяется указанный запрет, и сроки его действия.#❝

Из представленных материалов следует, что решением окружной избирательной комиссии № 207 от 3 августа 2021 года Л.М.Шлосберг был зарегистрирован в качестве кандидата по одномандатному округу на выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, назначенных на 19 сентября 2021 года. Зарегистрированный в качестве кандидата по тому же избирательному округу гражданин П. обратился в суд с требованием об отмене регистрации заявителя в связи с вновь открывшимися обстоятельствами, которое было удовлетворено решением Московского городского суда от 9 августа 2021 года, подтвержденным вышестоящими судами, включая Верховный Суд Российской Федерации. Как установили суды, Л.М.Шлосберг был привлечен к административной ответственности в связи с тем, что принял на себя роль организатора не согласованного в установленном порядке публичного мероприятия, организованного 23 января 2021 года общественным объединением, деятельность которого в дальнейшем была запрещена решением суда, указавшего проведение в названную дату таких публичных мероприятий в составе фактов, характеризующих деятельность данного общественного объединения как экстремистскую. Также Л.М.Шлосберг высказывался в поддержку этого публичного мероприятия в сети «Интернет». Изложенные обстоятельства послужили основанием для признания заявителя причастным к деятельности экстремистского общественного объединения и, как следствие, – не имеющим права быть избранным депутатом Государственной Думы.#❝

По мнению Л.М.Шлосберга, оспариваемые законоположения как по буквальному смыслу, так и по смыслу, придаваемому им#❝

правоприменительной практикой, не соответствуют статьям 1 (часть 1), 3 (части 1 и 3), 13 (часть 3), 18, 19 (части 1 и 2), 29 (части 1 и 4), 32 (части 1 и 2), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 54 и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации, поскольку вопреки принципу недопустимости придания обратной силы закону, устанавливающему ответственность, предусматривают непропорциональное ограничение пассивного избирательного права и закрепляют неопределенное понятие «причастность», которое позволяет судам произвольно признавать лицо причастным к деятельности экстремистского общественного объединения, в том числе на основании высказываний гражданина в социальных сетях, что, в свою очередь, нарушает свободу слова.#❝

Наряду с этим законодатель, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, обязан учитывать, что вводимые им ограничения конституционных, в том числе избирательных, прав и свобод должны быть не только юридически, но и социально оправданны; при допустимости ограничения того или иного права в#❝

соответствии с конституционно одобряемыми целями государство должно использовать не чрезмерные, а только необходимые и строго обусловленные этими целями меры; публичные интересы, перечисленные в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения адекватны социально необходимому результату (постановления от 25 апреля 1995 года № 3-П, от 27 марта 1996 года № 8-П, от 30 октября 2003 года № 15-П, от 22 июня 2010 года № 14-П, от 10 октября 2013 года № 20-П и др.).#❝

В частности, имея в виду публичную природу экстремистской деятельности, федеральный законодатель вправе вводить соразмерные ограничения права на участие в осуществлении публичной власти и публичных избирательных процедурах, если такие ограничения по своему существу и объему не опровергают высшую ценность прав и свобод, закрепленных Конституцией Российской Федерации и определяющих смысл, содержание и применение законов (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 1 июня 2010 года № 757-О-О).#❝

Так, взаимосвязанные положения пункта 36 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» и частей 81 и 84 статьи 4 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» устанавливают среди#❝

прочего, что гражданин Российской Федерации, причастный к деятельности экстремистского общественного объединения в срок, начинающийся за один год до дня вступления в законную силу решения суда о запрете деятельности такого общественного объединения, а также после вступления его в законную силу, не имеет права быть избранным депутатом Государственной Думы до истечения трех лет со дня вступления в законную силу указанного решения суда.#❝

Предусмотренное данными нормами ограничение пассивного избирательного права – по аналогии с запретом быть избранными, адресованным гражданам Российской Федерации, осужденным к лишению свободы за совершение тяжких и (или) особо тяжких преступлений (подпункт «а» пункта 32 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»), – по смыслу правовой позиции, высказанной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 10 октября 2013 года № 20-П, носит конституционно-правовой характер: оно введено федеральным законодателем в качестве особого конституционноправового дисквалифицирующего препятствия для занятия выборных публичных должностей (и, следовательно, для возможности баллотироваться на соответствующих выборах), сопряженного с повышенными репутационными требованиями к носителям публичной (политической) власти, что обусловлено их прямым участием в принятии правовых актов (нормативных и индивидуальных) и ответственностью, с которой связано осуществление ими своих полномочий.#❝

Соответственно, в этой части оспариваемое регулирование, на которое конституционный запрет на придание обратной силы закону, устанавливающему или отягчающему ответственность, не распространяется, неопределенности не содержит и не нарушает конституционных прав Л.М.Шлосберга с учетом того, что, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые#❝

последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, т.е. придать закону обратную силу (ретроактивность) (Постановление от 22 апреля 2014 года № 12-П; определения от 18 января 2005 года № 7-О, от 29 января 2015 года № 211-О, от 28 сентября 2021 года № 1782-О и др.).#❝

Что касается причастности к деятельности экстремистского общественного объединения, которая устанавливается в действиях лица только вступившим в законную силу решением суда, то она может выражаться в непосредственной реализации целей и (или) форм деятельности (в том числе отдельных мероприятий), в связи с которыми соответствующее общественное объединение было признано экстремистским, и (или) выражении поддержки высказываниями, включая высказывания в сети «Интернет», либо иными действиями (предоставление денежных средств, имущественной, организационно-методической, консультативной или иной помощи) тем целям и (или) формам деятельности (в том числе отдельным мероприятиям) соответствующего объединения, в связи с которыми оно было признано экстремистским (пункт 36 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» и часть 82 статьи 4 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации»).#❝

Тем самым детализированное законодателем для целей оспариваемого регулирования понятие «причастность» предполагает, что запрет быть избранным депутатом Государственной Думы может обусловливаться лишь наличием установленных в судебном порядке фактов, объективно и недвусмысленно свидетельствующих о деяниях гражданина в связи именно с такими целями и (или) формами деятельности объединения, которые определяют его экстремистский характер. При этом достаточная степень определенности понятийного аппарата, касающегося экстремизма, в законодательстве Российской Федерации, неоднократно подтвержденная Конституционным Судом Российской Федерации (определения от 2 июля 2013 года № 1053-О, от 16 июля 2015 года № 1787-О и др.), позволяет#❝

гражданину при разумном и добросовестном подходе осознавать, в деятельность какого по своему характеру объединения он может оказаться вовлечен (втянут), и не допускать сопричастности (соприкосновения) с нею совершением такого рода деяний, в том числе и до признания его экстремистским.#❝

Следовательно, оспариваемые законоположения с учетом характера экстремистской деятельности, выражающейся в совершении, организации, подстрекательстве, финансировании деяний, угрожающих конституционно значимым ценностям (статья 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности»), устанавливают ограниченный по времени и дифференцированный – в зависимости от степени участия лица в деятельности экстремистского общественного объединения – запрет, направленный на защиту конституционно значимых ценностей и достижение конституционного баланса публичных и частных интересов, предполагающего, как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 10 октября 2013 года № 20-П, существование достаточно жестких преград на пути во власть людей, пренебрегающих законом, и вместе с тем исключающего введение бессрочного (пожизненного) запрета баллотироваться в качестве кандидата на выборах в органы государственной власти и органы местного самоуправления.#❝

При этом с учетом сформулированных законодателем критериев, свидетельствующих о причастности лица к деятельности экстремистского общественного объединения, не допускается произвольное и необоснованное установление судами оснований для применения данного запрета, в том числе применительно к оценке высказываний гражданина как выражающих поддержку именно тем целям и (или) формам деятельности, в связи с которыми общественное объединение было признано экстремистским.#❝

Равным образом оспариваемые нормы не могут расцениваться как не отвечающие требованию определенности, ясности и недвусмысленности правовых норм, которое, как отмечал Конституционный Суд Российской#❝

Федерации, не исключает использование оценочных или общепринятых понятий (категорий), значение которых должно быть доступно для восприятия и понятно субъектам соответствующих правоотношений либо непосредственно из содержания конкретного нормативного положения или из системы находящихся в очевидной взаимосвязи нормативных положений, либо посредством выявления более сложной взаимосвязи правовых предписаний (Определение от 2 июля 2013 года № 1053-О).#❝

Таким образом, принимая во внимание характер публичного мероприятия, участие в организации и поддержка которого послужили основанием для признания заявителя причастным к деятельности экстремистского общественного объединения, отсутствуют основания полагать, что пунктом 36 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» и частями 81, 82 и 84 статьи 4 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» нарушаются права Л.М.Шлосберга, а потому его жалоба не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.#❝

Разрешение же вопроса о квалификации действий заявителя как свидетельствующих или не свидетельствующих о его причастности к деятельности общественного объединения, в связи с которой оно было признано экстремистским, и проверка обоснованности принятия судами соответствующего решения не относятся к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, определенным статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1710-О#❝